Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Милый, славный, интеллигентный…

Прелесть был, а не мужчина… Но как только чуть-чуть веяло перспективой брака… семьей, детьми, узами и прочим… тут же впадал не то что в панику — в стоящую истерику!

— Да-да… Этот тип мужчин встречается довольно часто…

— А Лидочка, представьте, возьми да и роди! Костя был просто в шоке тогда, а Лидочка — само смирение… Ну, не хочешь, Костик, не женись. И как-то они так устроились, что все осталось по-прежнему. Костя холостой, Лидочка не замужем, а Лидочкин сын, Стасик, как бы от непорочного зачатия, вроде как Костя тут и ни при чем.

Хотя все, Конечно, отлично знали, что Лидочка от него родила.

И жили, заметьте, очень дружно. Только мальчику не следовало знать, что Погребижский его отец. Он всегда называл его Константином Иннокентьевичем.

— А как ко всему этому относилась Мария Иннокентьевна?

— Ну, как она могла относиться? Не вмешивалась. Как идет, так и идет…

Только всегда очень заботилась о Стасике, проявляла к нему всегда какую-то особенную предупредительность, внимание и доброту.

Словно хотела загладить вину за то, что мальчик оказался в таком странном положении. Живет рядом с отцом."

"Ситуация, над которой никто всерьез не задумывался, — жили, как получалось! И всех все вроде бы устраивало… И Костю, на холостяцкий статус которого никто не посягал. Марию, которую, кроме ее книжечек, ничего больше не интересовало… И, в общем-то, Лидочку. Ведь она имела то, что хотела. Видите ли, есть такой сорт женщин, для которых главное — служение любимому человеку — это основное занятие в жизни.

— А Стасика? — прервала ее Аня.

— Что — Стасика?

— Стасика такое положение вещей устраивало?

— Стасика? — Елизавета Львовна задумалась. — Даже не знаю, милочка…

Честно говоря, отчего-то никогда не приходило в голову этим поинтересоваться…

Помню только, Стасик вышивал хорошо. У него это получалось. Да и врачи советовали — мальчик, мол, нервный, а такое занятие, говорят, успокаивает. Но кажется, он всем вроде тоже был доволен, как и его мама.

«Н-да… странный нервный мальчик… слова против никому не скажет, всем доволен, как и мама, сидит, вышивает…»

— А с собаками он как?

— С собаками? — удивилась золовка Елизавета Львовна. — Право, не припоминаю.

Светлова подумала, что было бы неплохо задать этот вопрос самому Стасику.

Словно угадав ее мысли и отвечая на это невысказанное пожелание, Елизавета Львовна заметила:

— Вообще-то он уехал. Года два назад.

— Далеко?

— В Аргентину.