Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Девушка решительно вонзила вилку в салат: «Все важные разговоры надо вести на сытый желудок, а мне еще беседа с родителями предстоит...» Но Рейс, видно, не был особенно голоден (еще бы, самогон – ужасно калорийная вещь) и продолжил разглагольствовать:

– Да, ты мудрая и удивительно трезвомыслящая девушка, сокровище нашей страны, а теперь и королевской династии Сарторов. И народ тебя очень любит, просто обожает.

Аврора оторвалась от вкуснейшего ужина:

– Признание народа – главная причина, побудившая тебя сделать мне предложение руки и сердца? – просияла она ехидной улыбкой.

– Не главная, и даже не в первом десятке. Помнишь свой список из одиннадцати одинаковых строк? Мой похож: я люблю тебя, я люблю тебя, – зашептал Рейс, наклоняясь к девушке и смущая ее раскаленным синим сиянием огромных глаз с расширенными омутами черных зрачков.

– И как давно ты понял, что любишь? – тоже шепотом полюбопытствовала Рора.

– Подозревал давно... смирился позже, – признался жених.

Аврора возмущенно посмотрела на мужчину, а Рейс протянул к ней ладонь, на которой медленно сформировалось и замерцало огненное алое сердце, внутри тонкой оболочки которого метались всполохи пламени.

– С цветами у нас не сложилось, но мое сердце – навсегда твое, возьми.

У девушки даже слезы на глазах выступили: она не ожидала от своего сурового и сдержанного мужчины такого милого и романтичного проявления чувств. Протянув дрожащую руку, она переняла магический огонек и поднесла его к своей груди, растворяя в собственной магической энергии.

– Мы никогда больше не будем ссориться, – утвердительно сказала невеста.

По губам жениха скользнула легкая теплая улыбка:

– Этого обещать не могу... Но наши примирения всегда будут сладкими-сладкими...

Король окончательно отказался от ужина и притянул невесту к себе на колени. У Авроры появилась возможность беспрепятственно реализовать свои прошлые желания, и она запускала пальчики в пряди влажных белых волос, проводила губами по ровным черным бровям, касалась черных, как ночь, ресниц, целовала ямочку на подбородке.

Рейс невесомо касался лица, шеи, плеч девушки, пуская мурашки по ее рукам и заставляя жарко откликаться на близость его сильного тренированного тела.

– Ророчка, – хрипло простонал мужчина и прижался к нежным женским губам в обжигающем поцелуе.

По телу Авроры растеклась расплавленная лава, руки и ноги ослабели, а голова стало легкой и звонкой, разом освободившись от абсолютно всех мыслей.