Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Я постаралась сразу отвести взгляд, чтобы не так явно рассматривать своего нежданного соседа, но ничего не могла с собой поделать: мне хотелось смотреть на него! Мои щеки стали пунцовыми. Стараясь скрыть поднимающееся внутри меня, помимо воли, волнение, я нещадно ковыряла остатки пирожного.

— Что, невкусно? — участливо спросил мой сосед.

Видимо, впечатление со стороны я производила не самое лучшее. А этот низкий голос, совершенно лишенный какого бы то ни было акцента, ввел меня в состояние, которое испытывает ныряльщик перед появлением на поверхности: воздух уже закончился, а нужно еще как-то проплыть последние метры.

Я отчаянно пыталась улыбаться, но губы мои дрожали. Я положила ложку на блюдце. Не стала брать чашку с кофе, чтобы ненароком не расплескать. Я была в панике. Вот что значит неделя воздержания. Полный ступор. Где моя приобретенная с годами манера легко и непринужденно вести разговор? Но все дело в том, что с этим молодым человеком мне вовсе не хотелось разговаривать. Я не могла отвести взгляд от его полных, влажных губ, а когда он невзначай провел по ним нежно-розовым языком, я ощутила властные флюиды, которые подавал мой орган сладострастия.

Я хотела этого мужчину. Я хотела его до того, что челюсти мои сжимались, в голове стучали сотни возбужденных молоточков, каждый из которых выдавал ритм моего возрастающего желания.

Я уже была не рада тому, что решила заехать в это чертово кафе. Не выглядела бы сейчас дура дурой. Нужно взять себя в руки. Какой раз за сегодняшний день я говорю себе об этом? Для начала нужно хоть что-то ответить на проявленное внимание.

Я неловко пожала плечами.

— Со мной так часто бывает, — начала я, — думала, что хочу есть, а на самом деле…

— Может быть, это я вам помешал?

— Нет, нет, что вы. Есть одной — это так скучно.

— А не есть вдвоем — так весело, — улыбнулся молодой человек, и я почувствовала очередную жаркую волну, окатившую меня с головы до ног. — Давайте знакомиться?

— Давайте, — я чуть не дала петуха от волнения, мгновенно отреагировав на предложение.

— Максим. — Он протянул красивую руку, на мизинце которой я заметила оригинальное золотое колечко. Моя белоснежная рука как-то необычно выглядела на фоне его темной кожи. Во всем этом было что-то волнующее. Я просто утонула в его крепком рукопожатии, мечтая, чтобы оно имело продолжение. Я была готова призывно пошевелить пальчиками, что на языке людей понимающих означало только одно: желание заняться любовью, но сдержалась.