Name: Девы
Author: Алекс Михаэлидес

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Если так, в чем еще она себя обманывает?

Вскоре весть о том, что в колледже Святого Христофора убили еще одну студентку — да не какую-нибудь, а дочку американского сенатора, — облетела весь свет. О произошедшем трубили все средства массовой информации.

Сенатор Дрейк с женой в сопровождении многочисленных представителей прессы первым же рейсом вылетели из Вашингтона в Кембридж и уже спустя несколько часов были в колледже Святого Христофора.

Целые полчища журналистов и репортеров расположились лагерем прямо перед входом в колледж, на Кингс-пэрейд, заполонив всю улицу, и беспрестанно пытались пробиться внутрь.

Их натиск с трудом сдерживали полицейские и консьержи с мистером Моррисом во главе. Мариане это напоминало средневековую осаду.

У реки установили палатку, где сенатор Дрейк и его супруга дали специальное телеинтервью. Они горячо призывали откликнуться всех, кто обладает хоть какой-нибудь информацией, которая помогла бы выйти на след убийцы их дочери.

По просьбе сенатора к делу подключился Скотленд-Ярд.

Прибывшие из Лондона полицейские оцепили университет, выставили патрули на улицах и опрашивали всех возможных свидетелей.

Когда стало ясно, что в городе орудует серийный убийца, с Конрада Эллиса сняли обвинения и отпустили на все четыре стороны. Тревога и напряжение овладели жителями Кембриджа, никто не мог чувствовать себя в безопасности. Неведомый злодей прятался где-то рядом, среди них, готовый выскочить из темноты, нанести смертельный удар и, никем не замеченный, скрыться в ночи.

Убийца казался неуловимым, и это в глазах общественности превращало его в некое потустороннее существо, в бесплотный, зловещий призрак.

И все же Мариана понимала, что убийца — не бестелесный дух и не мистическое чудовище. Этот изверг — человек, и он недостоин того, чтобы его наделяли сверхъестественными способностями. Он заслуживает лишь жалости и страха — конечно, если их возможно испытывать одновременно. Аристотель писал, что персонаж трагедии должен вызывать у публики именно эти два чувства, полагая, что они очищают и возвышают душу зрителя.

У Марианы было слишком мало сведений о преступнике, чтобы проникнуться к нему состраданием. Но достаточно, чтобы его бояться.

Мама часто твердила, что не хочет для меня такой жизни.

Уверяла, что когда-нибудь мы убежим. Вместе. Но это будет нелегко.

«У меня нет никакого образования, — говорила она. — В пятнадцать лет я ушла из школы. Обещай, что не повторишь моей ошибки.