Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Хочешь, я сам его выставлю? — как будто говорил его взгляд. Силла колебалась.

Джонас уже смотрел через её плечо прямо на Асгера.

— Силла хочет, чтобы ты ушёл, кунта.

Из её груди вырвался стон раздражения.

— Единственная причина, по которой я ещё не набил тебе морду, это то, что Силла не любит насилие, — продолжал Джонас. — Уходи сейчас и сохранишь зубы. Или мы сделаем по-моему.

Он наклонил голову и хрустнул шеей.

Силла ощутила, как злость растекается по позвоночнику.

— Прекрати, Джонас. Дай мне пространство.

Мне… нечем дышать.

С неохотой Джонас отступил на шаг.

Силла повернулась к Асгеру.

— Этот человек кажется опасным. Ты уверена, что в безопасности? Скажи, что мне делать, Силла?

Её жгло чувство вины. Почему он должен быть таким благородным?

— Я в безопасности, — сказала она, заставив себя встретить его взгляд. — Прости, Асгер. Прошу, уходи.

Он вздрогнул, затем развернулся и ушёл прочь, бормоча проклятия.

Теперь они с Джонасом остались вдвоём в темноте коридора.

Силла рванулась к нему и с силой толкнула в грудь. На этот раз Джонас действительно пошатнулся.

— Зачем ты это сделал, ты задница переросток?

Он нахмурился.

— Просто исполняю твою волю.

— Что… — она запнулась. — Я не просила тебя вмешиваться! — Она бы никогда не призналась, что была рада. Никогда. — Объясни, Джонас. Зачем ты испортил мне вечер?

Джонас проигнорировал её, расхаживая туда-сюда, со сжатыми кулаками.

— Ты позволила ему поцеловать тебя.

— Ничего я не позволяла.

И даже если бы позволила, тебе-то что? Ты ясно дал понять, что не заинтересован.

Он остановился, пронзая её взглядом, полным ярости.

— Тебе надо быть осторожнее. Он мог быть опасен.

— И какое тебе до этого дело, Джонас?

Он шагнул вперёд, и ей пришлось прижаться спиной к стене коридора. Опустил руки по обе стороны от её головы, и склонился ближе, мучительно близко, но не касаясь.

— А кто сказал, что мне есть дело? — прошептал он, его дыхание обжигало её лицо.

Силла моргнула, не зная, хочется ли ей ударить его или притянуть к себе и поцеловать.

Но Джонас двинулся первым. Его губы накрыли её, и она утонула в поцелуе, чувствуя облегчение, что он решил за них обоих. Обвив руками его шею, она потерялась в его дыхании, во вкусе, в касаниях, вытеснивших всё из головы, кроме желания.

Разочарование и сдерживаемое желание последних дней прорвались наружу. Руки Джонаса обвили её талию, притянув ближе пока их бедра не соприкоснулись.