Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

В рождественское утро девочки всегда просыпались рано, так что нужно было успеть закончить дела часам к семи. Весь Деполе спал, пока кроссовки Эванса протаптывали заснеженные за ночь дорожки.

Первым в списке был дом Логана. Он находился дальше всех, но для Джейка пробежать шесть миль туда и обратно не было проблемой. Он положил сверток в деревянный ящик с надписью «Только попробуй кинуть сюда рекламу, щенок». Всякий раз, когда он читал это послание, в его голове орал голос Логана-старшего. Он обожал этого сварливого старика.

Не теряя времени, Джейкоб помчался к особняку Астера. Холодный воздух жег легкие. Плечо приходило в норму быстрее, чем Эванс мог мечтать. Он все еще подумывал обратиться за помощью, но уже начинал чувствовать, что справится сам. С фантомными болями, с чемпионатом, который мечтал выиграть в конце учебного года… и с безумной Мэдс. Да, Джейкоб планировал выйти победителем на каждом из этих уровней.

Помпезное поместье в викторианском стиле вызывало у Эванса мысли о том, что его мать отказалась от всего этого богатства во имя любви.

Блэквуды считали, что она самая глупая женщина в их роду. Так ли это было на самом деле? Или, напротив, она оказалась самой умной? А теперь еще и была самой богатой — разумеется, не в денежном эквиваленте.

Эванс хмыкнул, подбегая к кованому черному ящику. Он так разительно отличался от ящика Робертсов, что Джейк невольно задумался, как получилось, что они трое такие разные и все же… вместе! Закинув подарки для Рори и Астера, он открыл чат:

Джейкоб: Детки, не забудьте проверить почтовые ящики.

Астер (голосовое сообщение): Придурок, чего тебе не спится каждое рождественское утро?

Джейкоб: Это все любовь к тебе, Блэквуд! Она лишила меня сна.

На это Астер уже не ответил. Скорее всего, швырнул телефон куда подальше, проклиная Эванса и себя за то, что не отключил звук.

Джейкоб погнал домой. Настроение было отличное, ведь его ждали рождественский завтрак и безумная Мэдс! Подбегая к родному гнездышку, он проверил время. На часах было шесть сорок пять.

"Эванс замер, увидев около двери силуэт. Все еще было темно, и он не мог разглядеть, кто именно стоял на пороге, но его пронзила догадка. Джейкоб сделал шаг вперед… Он шел к дому на ватных ногах, боясь позволить надежде пустить корни. Наконец человек обернулся, широко улыбнулся и распахнул объятия. Джейк Эванс полетел навстречу отцу так, словно ему было три года. Заветное «Па-а-ап!» разлетелось по всей улице.

Папа Эванс громко рассмеялся, крепко обнимая сына.