Name: Древняя и средневековая Русь, IX–XVII вв.
Author: Евгений Юрьевич Спицын

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Несмотря на очень непростую политическую ситуацию, постоянные ордынские рати и княжеские распри, именно XIV век стал временем серьезных изменений в социально-экономическом развитии русских земель. В первую очередь это касалось восстановления института феодального землевладения, фактически разрушенного в годы первого монгольского нашествия. Как установили многие историки (Г. Вернадский, А. Зимин, В. Кобрин, А. Горский, Н. Горская), в этот период основной формой становления светского землевладения в Великом Владимирском и Московском княжествах стало пожалование земли из домениальных княжеских владений различным категориям служилых людей, входивших в состав великокняжеского двора.

Самой узкой и привилегированной прослойкой великокняжеских слуг были ближние бояре — Вельяминовы, Плещеевы, Морозовы, Всеволожские, Бестужевы, Челядины и ряд других, из числа которых формировался состав великокняжеской Боярской думы. Затем шли слуги вольные и слуги дворские: первые, как и ближние бояре, получали землю в безусловное держание, то есть родовую вотчину, а вторые, будучи де-факто княжескими холопами, получали наделы земли в условное владение, то есть поместье.

С середины XIV века, после проведения митрополитом Алексеем знаменитой монастырской реформы, в результате которой все монастыри перешли с келиотского на общежитийный устав, в крупного земельного собственника начинает превращаться и Русская православная церковь.

Как считают многие историки (И. Будовниц, А. Кузьмин, А. Зимин, В. Кобрин, Р. Скрынников), рост монастырского землевладения шел значительно быстрее, чем развитие светского землевладения, поскольку:

• православное духовенство, обладая привилегированными «тарханными» грамотами, не платило постылого «ордынского выхода» в Сарай, что способствовало притоку на монастырские земли большого количества крестьян;"

"• многие светские феодалы часть своих земельных владений традиционно завещали монастырям «на помин души»;

• часто собственностью монастырей становились земли тех светских феодалов, которые по разным причинам принимали монашеский постриг и становились членами монастырской братии.

Вместе с тем, как справедливо отметили те же историки, несмотря на быстрый рост феодального землевладения, вотчины светских и духовных феодалов все еще являлись небольшими островками в море свободных крестьянских общин.