Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Разговором. А пока единственным, кто меня выслушает, кто не осудит, кто будет милостив и добр ко мне, был Бог. Я понятия не имею, как живут люди, которые не верят в Него. Наверное, тяжело не иметь поддержки.

Но вот мы, верующие… Мы никогда не остаемся одни. Куда бы мы ни пошли, Бог всегда с нами, Он нас слышит и просит обращаться к Нему. Он любит исполнять наши желания, о чем не раз говорит в Коране.

У каждого есть выбор. Кто-то верит, кто-то нет. Но мы не должны осуждать друг друга.

Я поджала ноги сильнее, и плевать на то, что испачкаюсь.

Я чувствовала себя грязной и без этого. А как еще, когда всего несколько минут назад меня назвали воровкой?

– Пожалуйста, – прошептала я в небо и замолчала, с трудом заставив себя не заплакать, чтобы не выдать слабости хотя бы самой себе. – Пожалуйста, сделай мою жизнь чуточку легче. Я знаю, я ужасно слабая. Наверное, в Твоих глазах я кажусь ничтожной, но Ты всегда обещал помогать нам, обещал не бросать, быть благосклонным. Ты ведь любишь каждого из нас.

Так помоги же мне. Облегчи мне жизнь. Я не буду просить Тебя наказать их. Потому что стараюсь быть хорошим человеком… Но с каждым днем это становится все тяжелее.

Мне казалось, что Он действительно все слышал. Каждое мое слово, каждую буковку, каждую дрогнувшую нотку в голосе. Видел, как я сложила ладони, сидя на траве и умоляя Его."

"Вдобавок мне вдруг показалось, будто кто-то успокаивающе погладил меня по голове.

Так обычно делают самые близкие. Люди, которые тебя искренне любят и готовы на все ради тебя.

В душе сделалось так спокойно, что я еще минут десять сидела в той же позе, закрыв глаза, и наслаждалась тем, как наполняется умиротворением моя душа. Закончив свое дуа[18], я наконец поднялась на ноги.

Когда я вошла в здание школы, казалось, что все только на меня и смотрят. Все знают о том, что только что из кабинета директрисы вышла Ламия – воровка, которая пытается пустить всем пыль в глаза, напяливая на себя маску мусульманки, а ведь всем известно, что мусульманки скромны и невинны.

Я грязная лицемерка. Именно это произносили несуществующие голоса в моей голове.

Неожиданно, свернув за угол, я с кем-то столкнулась.

– Ну вот, снова, – засмеялась Руби. – Вечно мы друг в друга влетаем.

Этих слов хватило, чтобы я поймала себя на мысли, что искренне завидую тому, как беззаботно и весело она себя ведет. Как остается довольной собственной жизнью, всегда улыбается и позволяет себе носить яркие вещи.