Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Реальной угрозы терактов на данный момент нет, считают в МВД и ФСБ.

Генерал-полковник ТИМОФЕЕВ.

Глава 16

Встреча

Адлан тепло приветствовал товарища: они обнялись, дважды коснувшись друг друга щеками. Та же процедура повторилась с десятью другими боевиками. Семеро, включая командира группы террористов и двух арабов, были одеты в униформу спецназа и вооружены автоматами и пистолетами, некогда принадлежавшими бойцам РДГ Седова.

— Как у вас? — спросил Батерский.

— Потеряли одного. Косицина.

Игорь покачал головой: «Жалко».

— Кто его?

— Дозорный. Вместо одного там оказались двое. Не рассчитал Леха... Забросили десять человек? — спросил Магомедов Батерского. Они были ровесниками, но Магомедов выглядел лет на пять старше товарища. — Мы насчитали восемь. Двое были в дозоре, остальные здесь, — Алан кивнул на открытый лаз убежища.

— Всё правильно, — ответил Батерский. — Два человека пошли обустраивать базу, мы нашли, их следы. Думаю, скоро появятся. Надо усилить дозор на западном и восточном направлениях.

— Сам Батерский подошел к базе с южной стороны, где Адлан выставил трех человек: Аслана Черкесова, Шамиля Гуляева и Али-Хасана. — А что говорит сам Седов? Вы его случайно не...

— Случайно «не», — усмехнулся Магомедов. — Хочешь пообщаться с командиром?

— Хочу. Он там? — Игорь подошел к лазу. Прежде чем спуститься в убежище, оглянулся на командира: видимо, о чем-то хотел спросить, но промолчал.

Луч фонарика коснулся посиневшего лица спецназовца, и Батерский не сразу узнал в нем старшего сержанта Василия Гирина по кличке Абдулла.

Кажется, ему было 22 года. Согнутые в локтях руки Абдуллы покоились на животе; этой позой он, лежащий на краю нар, походил на утопленника. Из одежды на нем лишь льняное белье, «кольчуга» из мягких веревок и шерстяные носки. Гирин был единственным из группы Седова, кто не сумел выбраться на поверхность, задохнувшись от «паралитика».

Следующий. Второй с краю. Лев Бессарабов. Лицо Котовского перекошено, рот открыт, из чернеющего зева копьем торчит язык.

Над правой бровью пулевое отверстие. Белье, «кольчуга», носки.

Батерского слегка поташнивало от вида мертвецов, лежащих в нижнем белье. Морг. Бригада, приостановив работу, вышла покурить. Плюс всё еще горчивший воздух в землянке.

Третий. Прапорщик Седов...

Восковое лицо Батерского исказила усмешка. Он словно втягивался в какую-то жуткую игру, где мертвые чередовались с живыми.