Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

А ждать придется до четырех-пяти часов утра. Это самое оптимальное время для скрытого передвижения, когда предстояло не только бесшумно продвигаться по незнакомой местности, но еще искать следы, постоянно быть настороже и прочее, прочее, учитывая и трудное для несения дозора время.

Слабого света со двора хватало для того, чтобы еще раз всмотреться в кроки маршрута, на котором подробно были нанесены, в частности, неудобные места для движения, дороги (откуда и куда они ведут), населенные пункты, отдельные точки местности, а также предполагаемые места дозоров, основной и запасных баз.

Этим бумагам и подробным пояснениям к ним цены не было. Адлан понимал толк в картах и отметил самоотверженность и оперативность своего товарища, который переслал по факсу этот ценный материал.

Сейчас он как на иголках, пожалел товарища Магомедов и посмотрел налево, на плотную беспроглядную стену леса по ту сторону дороги, которая на фоне тополей, подсвечиваемых лампой со двора, казалась еще черней."

"Как встретит их незнакомый лес? Как обычно — боязливо и настороженно.

Он замрет и не проронит ни звука. Наверное, так он встречает и лесорубов, и охотников; он дрожит, не в силах противостоять злу, молчаливо переносит адскую боль, которая охватывает его вместе с первым поваленным деревом, с первыми языками пламени.

Позади командира, на спальном месте, отдыхал Зия Могуев, завтра ему предстоит особая, самая трудная работа. Команда в кузове хранила молчание. Кончился тяжелый день, впереди томительная ночь и беспокойное утро.

Беспокойное, но уже пьянящее боевой дух предстоящей охотой. Что еще может подбросить столбик адреналина до критической отметки? Трудно себе вообразить.

Глава 8

«Радиоигра»

Михаил Васильевич занял кабинет помощника начальника штаба полка по разведке подполковника Ерошенко. Отметив по привычке время и записав его в уголке чистого листа бумаги, Артемов бросил взгляд на вошедшего капитана Шарова. Он был худощав, среднего роста, его узкое лицо показалось Артемову болезненным.

— Здравия желаю, товарищ полковник! Разрешите войти?

— Заходи, — чуть грубовато, чуть по-свойски разрешил полковник, загодя избрав тактику общения с боевым офицером. Не все такие любят, когда начальство с ними общается сугубо официально. — Садись. — Дождавшись, пока капитан займет предложенное ему за столом место, Артемов спросил: — Андрей Васильевич, кажется?

— Так точно.

— Разреши-ка пару вопросов, Андрей, — сам я, честно говоря, ничего не пойму.