Name: Фарамунд
Author: Юрий Никитин

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Он, в самом деле, может задушить, ее тонкая шейка хрустнет под его сильными пальцами как цыплячья, затем швырнет на пол и пойдет к госпоже...

— Кто еще знает? — спросил он.

— Никто, клянусь, — сказала она торопливо. — Сперва она отослала всех служанок, заперла за ними дверь, только после этого... велела...

Фарамунд рухнул навзничь, снова уставился в темноту свода. Может быть, Брунгильда поступила верно, что не явилась на ложе. Ведь это всего лишь союз племен. А это уже скреплено. Она захотела свободы для себя, личной свободы.

За это надо уважать, а не яриться, как простолюдин. Она заслуживает уважения. Да, она — Брунгильда Белозубая, заслуживает с его стороны больше уважения, чем он ей выказывал.

И все-таки одна мысль не исчезла, а только ушла глубже, затаилась. Если бы Брунгильда не застала его во дворе с той девицей, то, возможно, она не додумалась бы заменить себя служанкой.

Клотильда, осмелев, придвинулась ближе. После паузы осторожно присела на самый краешек ложа, готовая как испуганный воробей вспорхнуть при первом же угрожающем движении большого и страшного человека.

Фарамунд лежал на спине, руки за голову, могучее тело смутно вырисовывается в слабо освещенной комнате. Клотильда тихохонько приподняла одеяло и робко скользнула на ложе.

Они лежали некоторое время молча. Фарамунд рассматривал тьму под низким сводом, смутно белеющие потолочные балки. Когда в окно врывался порыв свежего воздуха, пламя светильников колебалось, балки то становились мертвенно белыми, словно кости громадных допотопных животных, то пропадали вовсе в черноте.

И все же, несмотря на успокаивающие мысли, разумные и правильные, все та же странная злость, смешанная с таким же странным облегчением, внезапно снова без всякого предупреждения начинала вздымать грудь, жгла сердце, а череп раскалялся, как в горне. Он начинал часто и свирепо дышать, спохватывался, снова всматривался в балки, рассматривал и считал щели...

Клотильда лежала тихая, как забившаяся в подполье мышь. Когда он замечал ее блестящие от страха глаза, то видел, что его тело снова напряжено, как тетива на луке, спохватывался, поспешно распускал мышцы.

А через мгновение замечал, что кулаки снова сжимаются до хруста, ноги напрягаются для прыжка, а мышцы рук готовы наносить и принимать удары...

Тоненький молящий голосок Клотильды раздался неожиданно:

— Господин, мне страшно... Пожалуйста, вам надо успокоиться! Перевернитесь на живот, я вам помну спину. Это поможет отдохнуть...