Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— И что, так вот и можешь объявить себя героем?

— Ну…

— Выйти на площадь, крикнуть «я — герой!»?

— А что?

— Так герой должен быть один!

— В смысле? — не понял Геракл. — Это типа, всех убью — один останусь?

— Да нет, — писчик махнул ручонкой на непонятливого обалдуя. — Он должен быть один, совсем один, ни семьи, ни детей, друзей должен навечно успокоить, баб отлюбить и сразу забыть. Несчастные вобщем люди.

— Ха! Для меня это совсем не проблема. Особенно про отлюбить и забыть.

Писчик вскочил на ноги."

"— Да? Здорово! Тогда давай.

Сейчас выходишь на площадь, объявляешь себя героем, за ночь совершаешь парочку подвигов, к утру я их описываю!

Геракл потупился.

— Ну… Объявить-то я объявлю. А вот подвиги…

— А что — подвиги? Вот, говорят, в горах лев завелся. Иногородние герои уже всех перебили, а этот где-то прячется.

— Да нет, — смутился пастух. — Я его уже нашел…

— И?..

Геракл машинально оправил облезлую рыжую шкуру.

— Ослом оказался.

Писчик сел обратно на камни.

— Да-а… А змеи? У побережья, рассказывали, целый выводок гадюк обнаружили.

— Да какие они гадюки? Так, ужики.

— Проблема…

Он снова вскочил и начал ходить вокруг колодца, помахивая сухими ручками. Потом глянул на Геракла, словно только что заметил.

— Слушай, а ты не тот ли… пастух, что на прошлой неделе святилище Геры разрушил?

— Я, — сконфуженно признался Геракл. — Только не разрушил, а лишь попортил.

— Зачем?

Геракл задумался, не зная что ответить.

— Не люблю Геру. Афродиту люблю. Это моя самая любимая богиня.

— А! То есть это был осознанный акт богоборчества!

— Ну… В какой-то мере.

Писчик подскочил ближе.

— Идея! Опишем, как ты его разрушал. Только акценты поменяем… добавим кое-что.

Геракл хмыкнул.

— Так, может, просто все выдумаем? Я вот еще конюшни месяц назад затопил, хозяин попросил их очистить, а я их затопил, попутно развалив плотину…

Писчик не слушал, нарезая круги вокруг колодца.

— Добавим… добавим… выдумаем… — Остановился. — Слушай, пастух, а ты гений! Выдумаем! Такого еще не было! Все полисы от зависти передохнут! — Он взобрался на возвышение у выгребной ямы.

— В общем так. Я буду сочинять о тебе сказание, а ты слушай и поправляй, если что не понравится. — И писчик начал низким басом, развернув тощие плечи и простирая в сторону руку: — Гнев, о богиня, воспой…

Геракл помотал головой.

— Не, слишком напыщенно. Давай попроще, а это начало оставь, потом используешь.

Писчик откашлялся.

— Ну ладно. Тогда так. Правил в Микенах царь Электрион…

— Уже лучше.