Фэнтези 2005 читать онлайн

"

"Еще меня огорчило то, что учитель мой был едва жив: одежда его была изорвана в клочья и окровавлена, лицо потемнело и осунулось, щеки ввалились, и лишь глаза горели судорожным огнем. Я так и не узнал, кто его ранил, сколько дней он провел в седле и скольких коней загнал. Никто не сделал ни шагу ему навстречу, не помог, не поддержал — и он, шатаясь, с большим трудом пошел через тронный зал. В полной тишине, один на один с эхом, дробились, множились и затихали шарканья его стоптанных сапог. Он шел прямо ко мне, не глядя ни на кого больше.

— Я узнал… — прошелестел Первый Маг сухими, беззубыми деснами. — Я узнал, что прежде я ошибался — знак врага мы приняли за предупреждение друга… Мы сами себе готовили гибель…

Сказал — мне.

Казалось, что в целом мире не было никого, кроме него и меня, или что все остальные были неважны. Он с трудом стоял на ногах. Он тяжело дышал, опершись о подлокотник моего кресла.

— Я понял… — сказал он мне, облизав треснувшие губы. — И ты это тоже поймешь… Только ты… Но там — на склоне Синей Горы… Этот перстень поможет тебе.

Он изо всех сил сжал мою руку вместе с перстнем, носящим имя Сердце Мира, на указательном пальце и, склонив голову, затих.

Раньше такого не было — Первый Маг при всех признался в своей ошибке. Только никто не понял, в какой. Зал, затаив дыхание, слушал, что же он скажет еще. Но он больше ничего не сказал. Вообще ничего.

Потом было много шума.

Первого Мага хоронили со всеми почестями. За гробом, обшитым черным бархатом, украшенным гирляндами черных роз, шел весь королевский двор, весь Совет Мудрецов с Главным Стратегом во главе. Словно в замедленном механическом балете, воины отдавали умершему честь. Стреляли пушки, под колеса катафалка дети бросали цветы. Главный Стратег произнес речь, какой еще не слышали в королевстве Юм, — весь двор восхищался его красноречием.

В поход мы вышли всемером — отец сказал решительно, что предсмертная воля Первого Мага должна быть исполнена и, пока он король, последнее слово останется за ним. Возразить никто не посмел.