Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Под конец он смутился, но потом взял себя в руки и закончил: — Я не докладывал только потому, что считал, что через пару дней или недель все пройдет. Я даже не думал…

— Да, ты не думал! — рявкнул император. — Ломас был уверен, Зорас присматривал, а в итоге я узнаю, что за последние пару дней моя дочь чуть не спуталась сначала с секретарем, потом с каким-то хлыщом, конюхом, и наконец с десяток придворных увидели принцессу в непотребном виде. И что мне теперь делать? Массово отправить их всех к Амилесте на стирание памяти?

— Лучше выдать замуж, — буркнула девушка, но ей не повезло, и ее услышали.

— Что?!

— Ваше величество, — Лес твердо посмотрела в глаза императору, — принцесса Иритания молодая девушка, уже как пару лет вступившая в фазу взросления. Уж простите за такие подробности, но не только у мужчин есть определенные потребности. У женщин тоже. И дальше будет только хуже. Поэтому лично я вижу только два пути — выдать ее замуж или разрешить уже наконец иметь фаворита.

— Моя дочь ненаследная принцесса, она не может пойти к алтарю не невинной! Ее просто никто не возьмет замуж!"

"— Ну тут ты погорячился, — влез в разговор Ломас.

— Многие захотят породниться с Эталионом, несмотря на… кхм… особенности невесты. Все будет зависеть от приданого.

— Моя дочь не какая-нибудь жалкая крестьянка, за которую надо давать овец…

— Коров, — пробормотал Ардар, но его услышала только Амилес, сидевшая рядом и с трудом подавившая улыбку.

— …Она должна быть королевой, а наследник ни одного стоящего государства не возьмет девицу с прошлым! Тем более гулящую, как мартовская кошка!

— Милорд, — подал голос Зорас, — мои люди доложили, что изменения в поведении ее высочества начались лишь пять дней назад.

Возможно, леди Амилесте стоит ее осмотреть?

— Думаешь, там магическое вмешательство? — Император даже остановился и в надежде повернулся к герцогине.

— Не стоит надеяться на это, — покачала головой Лес. — Моя защита молчит, следовательно, принудительного воздействия, то есть приворота или дурмана, не было.

Есть ряд средств, на которые бы не отреагировала защита, но… кхм…

— Что?

— Они не принуждающие, — покачала она головой, — наоборот, они открывают внутренние потребности.

— Хочешь сказать, что в душе моя дочь нимфоманка? — мрачно процедил Ауриан.

— Нет. Я хочу сказать, что если воздействие и было, то оно лишь сняло барьеры, обязательства, вбитые правила поведения, обнажая то, что хочет человек.