Главная партия для третьей скрипки читать онлайн

Всегда хотелось тебя пожалеть, приголубить. Но в этом году ты мне стала являться во все более и более соблазнительных образах. Рассказать, в каких?

— Не надо. — Покраснела девушка. Спросила смущенно: — А когда это у вас началось?

— Первый раз — в середине апреля.

«Я как раз тогда поняла, что с Тимуром у нас все под откос катится».

— Но я значения не придал. Сон — и сон, — улыбнулся дядя Федя. — Но потом — дело было после Пасхи — я на кладбище поехал. Твою маму проведать. Пока убирал, ограду подкрашивал — ничего.

— Какого числа это было?

— Точно не помню. Двадцать девятое, кажется.

Тот день, когда я Тимуру врезала.

— И с тех пор ты приходишь ко мне почти каждую ночь, — улыбнулся Федор. — Пока, правда, только в мечтах.

«Просто неописуемо, — ахнула про себя Арина. — Будто там все увидели и решили: Тим — сволочь, мне нужен совсем другой мужчина. И приготовили на его роль дядю Федю».

Солнце золотило Зимний дворец, Нева искрила, будто она не северная река, а Карибское море. Девушки дружно скидывали кофты и кардиганы, мужчины шли без пиджаков. Арине, наоборот, вдруг стало холодно, будто вьюжным декабрьским вечером.

Она возмущенно произнесла:

— Но тогда получается, что нами манипулируют!

— Кто?

— Бог знает.

— И что в этом плохого? — беспечно улыбнулся Федор. — Высшие силы — без разницы кто! — просто дали нам разглядеть то, что мы сами не видели.

Остановился. Развернул ее к себе. Спросил требовательно:

— Твое сердце сейчас свободно?

В памяти мелькнуло совершенное лицо Тимура и мигом померкло. Людоед проскользнул еще более бледной картинкой.

— Да, — опустила глаза Арина.

— Тогда будь со мной!

И снова тянется целоваться.

Ничего себе!

Арина отступила на шаг. Улыбнулась.

— Хитрый вы. Сами двадцать один год думали. А меня в один день хотите завоевать.

Он не смутился. Заменил поцелуй в губы на дружеское чмоканье в щеку. Весело произнес:

— Ладно. Раз натиск не удается — начнем планомерную осаду. Завтра подарок тебе вручу.

— Какой?

— Увидишь.

Больше ничего вытянуть из него не удалось.