Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

А потом принес бы охапку чертополоха и бочонок сладкого руанского на могилу дяди Шарля и поставил двенадцать дюжин свечей за его безмятежное посмертие. Но шанса не было, мерзавец не ошибся.

– Само собой, друзья, – вздохнул Д'Амарьяк, торжественно обещая себе изучить все материалы по упокоению особо наглых призраков и, как только Пресветлый покинет грешную твердь, отправить вслед за ним и обожаемого дядюшку.

Глава 24, о светской жизни

Брийо, Пале-Рояль, неделю спустяМатильдаКоролевский дворец до боли напоминал Версаль.

Матильду даже одолела ностальгия – вспомнились ее редкие поездки во Францию, прогулки по музеям…

– Это потрясающе, сердце мое. – В отличие от нее шевалье де Товиль по Луврам и Петергофам не прогуливался, и фонтаны с золочеными статуями произвели на него сокрушительное впечатление.

Примерно как она сама, когда Легран приехал, чтобы сопроводить ее на прием. То есть сначала он не узнал Тиль в пухлощекой простушке, на которой дорогое черное платье сидело как на корове седло.

А потом проверял с разных ракурсов, как держится иллюзия.

– Восхитительно! – признал он, когда ему раз этак в десятый не удалось задержать на ней взгляд дольше полуминуты и запомнить ее черт. Ему-то, магу-менталисту! – Как тебе это удалось?

– Позволь мне оставить эту тайну при себе.

Не то чтобы она не доверяла Леграну, она просто не хотела говорить о кулоне-хранителе никому в принципе. Даже Андре.

Ему она так и не сказала, что пойдет на прием. Все же их отношения были очень странными.

Тиль влюбилась, как кошка, и каждая их встреча начиналась или заканчивалась в постели. Им было невероятно хорошо вместе, для них даже совместное изучение старого дневника Мортале превращалось в романтическое свидание. Но рассчитывать на Андре как на будущего супруга и защитника Тиль не могла. Как бы он ни был благороден и прекрасен, Маньяк уничтожит его одним щелчком пальцев. А лавировать и притворяться, как Легран, Андре не сможет и не захочет, характер не тот.

Что ж, пока она постарается защитить себя сама, а там, глядишь, и найдет более серьезного покровителя. Не сегодня, разумеется. На этом приеме ее задача – оставаться в тени и не привлекать императора. Конечно, у нее не раз мелькала мысль, а не рискнуть ли и не побороться ли за место императорской фаворитки. Но риск проиграть и оказаться добычей маньяка был слишком велик.

Нет уж. Сначала она обзаведется финансовой независимостью, а дальше видно будет.