Горелый магистр читать онлайн

 — Ответил Александр на невысказанный вопрос. Если не хватит, есть ещё. Деньги не краденые, чистые, хоть сейчас в сберкассу. Взяты не у бабушки.

— Интересно. — Моисей вдруг успокоился, и встав со стула, дошёл до стены, где сиротливо стоял его рабочий портфель. Слегка потёртый, но ещё вполне солидный представитель бюрократических войск видавший и высокие московские кабинеты, поезда дальнего следования и пропылённые ГАЗики. Мужчина вытащил пачку бумаги, пенал и положил на стол. — А не мог бы ты изобразить что тебе нужно? Вряд ли ты пришёл ко мне за обычными штанами и костюмом, который мог бы купить в ГУМе.

— Могу. — Александр пожал плечами, и вынув из пенала карандаш, начал набрасывать силуэты. — Костюм полувоенного кроя, типа немецкого френча, времён первой мировой, свободный пиджак, спортивного типа, рубашка с отложным воротником и почти такая же со стойкой, плащ — тренч…

Моисей смотрел как твёрдая рука, выводит рисунки на бумаге, и гнал от себя мыль о том, что так не бывает. Три месяца назад, на совещании в Обкоме, первый секретарь устроил всем причастным настоящую баню, из-за того, что товары, выпускаемые государственными швейными фабриками, никуда не годятся, и залёживаются на прилавках, а вот те, которые делают кооперативы, раскупаются мгновенно.

Моисей много раз пытался выжать из художников Первой Швейной хоть какие-то внятные эскизы, привозил им иностранные журналы, но всё тщетно.

И самое плохое, что он, уверенный что решит эту проблему, выбил из своих московских знакомых целый эшелон дефицитного китайского шелка из самой Китайской Республики, и шерсти от Московского камвольного комбината.

Тогда, два месяца назад это показалось ему отличной идеей, но уже спустя три недели он крепко задумался куда девать дефицитный товар, чтобы не попасть под каток БХСС. А всё потому, что художника нормального найти так и не удалось, а разговаривать с мастерами не имея эскизов, значило просто терять время.

И вот сейчас, этот юный пионер, словно художник закончивший Мухинское училище, рисует ему фасоны, и где-то даже уточняет крой.

— У меня есть хорошая мысль. — Моисей Соломонович через силу улыбнулся, растягивая чуть онемевшие словно резиновые губы, и положил широкую натруженную ладонь на рисунки Александра. — Завтра, с утра, поедем на фабрику. Суббота конечно, но все, кто нужно будут на месте. Там я устрою тебя на полставки художником, а прежних кошёлок переведу в цех спецодежды. Пусть фуфайки рисуют.