Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Если бы такой маневр был замечен военными над крупным городом, не говоря уже о столице и предместьях, участь самолета была бы решена. Подозрительные, а порой и необъяснимые кульбиты в воздухе не нравятся наземным службам, тем более противовоздушной обороне. На то она и оборона, думал капитан, щупая желудок собственным кадыком, и надеялся на то, что летчик-самозванец свое дело знает. И зашел чуть дальше, понадеявшись, что он военный ас-самозванец. Он ждал того момента, когда самолет практически у самой земли примет горизонтальное положение.

И полет продолжится в нормальном режиме. В человеческих условиях. А пока о них говорить было рано. Трое курьеров блевали на собственные штаны и штаны соседа. Террористка наконец-то показала свое истинное лицо. Рвота подкатывала ей к горлу, кровь отхлынула от лица, налившись в ноги. Ввалившимися глазами она смотрела на своего старшего товарища. А тот ей ничем не мог помочь. Разве что вернуться в пилотскую кабину и убить аса.

Она показала свое лицо.

Этот факт капитана не трогал. Она сама о нем не вспомнит. Падение самолета уравняло всех. Перед страхом смерти все оказались равны. И беспомощны. У капитана сложилось ощущение, что самолет легко преодолел сопротивление воды и продолжал уже не полет, а плавание: настолько мягким и медленным показался ему полет «Каспера». Он даже не успел удивиться, не сумел зафиксировать в голове другие волнующие моменты – выхода самолета из штопора. Капитан резко припал к иллюминатору.

Нет, он не увидел морских волн, но картина за прочным стеклом потрясла его не меньше. И подумал: «Какие там радары…» Воздушное судно шло на бреющем полете и едва не касалось днищем сосен. Все-таки вокруг плескалось море – зеленое лесное море. И он просто не мог не отдать дань уважения тому, кто сейчас держал в руках штурвал, и сделал это через посредника. Он показал большой палец Марку, когда их взгляды пересеклись. Ему даже не пришлось намекать, кивая в сторону кабины.

А ведь совсем недавно он был готов высказаться: «Вашу затею превосходит только ваша глупость»."

"Ему выпал шанс вживую увидеть, как Марковцев готовит к выброске груз. Ему помогал штурман и женщина. Пилот продолжал брить сосновые макушки. Брезентовые упряжи походили на рукава пожарных шлангов и не могли слететь с контейнеров ни при каких условиях. Как не могли слететь и парашюты. Террористы подкатили к рампе первый контейнер, второй, третий.