Я прошел две войны! читать онлайн

Рядом со мной угодил под автоматную очередь красноармеец из недавнего пополнения. Пули, пробивая тело насквозь, рвали на спине гимнастерку, разлетались брызги крови. Автоматчик слишком увлекся стрельбой, и я сумел ударить его штыком в бок, под правую руку.

Но рукопашный бой так же быстро кончился, как и начался. Немцы отступили под прикрытие своих бронетранспортеров. Несколько красноармейцев кинулись вслед и угодили под пулеметный огонь. Мне с трудом удалось вернуть роту в укрытие.

Люди никак не могли прийти в себя, возбужденные смертью, которая пронеслась мимо каждого.

– Повоевали, – нервно закуривал папиросу старшина Сочка, который тоже участвовал в рукопашном бою.

У Егора Балакина, моего ординарца, тряслись руки и рвалась тонкая бумага, пока он сворачивал самокрутку.

– Возьми папиросу, – протянул я ему полупустую смятую пачку «эпохи».

Он меня не слышал и повторял:

– Двое детей… а меня штыком в брюхо.

– Егор, очухайся. На папиросу, покури, и собери сведения о потерях.

– Спасибо… щас курну и обойду взвод.

Санитары, сняв с младшего политрука гимнастерку и нательную рубаху, промокнули кровь и рассматривали почти напрочь срезанный клок кожи.

– Чего уставились? – подошел к ним Андрей Долгов, доставая хорошо отточенный охотничий нож. – Спирт есть?

– Разбился флакон.

– Вылакали небось.

У меня оставалось немного одеколона.

– Не бойся, я мигом.

Прежде чем кто-то успел среагировать, он отхватил лезвием болтавшийся клок кожи.

– Ну, вот и все. Бинтуйте.

– Мне в санчасть, наверное, надо бы, – клацая зубами, проговорил младший политрук.

– На вот, рубаху и гимнастерку возьми, – протянул ему новую одежду запасливый старшина Сочка. – А до санчасти вряд ли доберешься. Там, кажись, бой идет.

Михаил Ходырев, присев рядом, предложил:

– Может, автомат трофейный возьмете.

– Спасибо, Миша, оставь себе. Я к винтовке за последний год привык. Тем более самозарядка.

– Ну-ка дай глянуть, – потянулся наш старший политрук Раскин.

– Берите, – великодушно уступил трофей Ходырев.

Подошел Валентин Дейнека и грустно проговорил:

– У меня в рукопашке еще двое бойцов погибли. Теперь не рота, а отделение.