Я сделаю это сама читать онлайн

- А куда не наше-то, раз с нас теперь спрос?

- Ещё как наше.

- Вот и всё, а больше и не знаем ничего.

- И пойти нам некуда. Кума с таким делом на порог не пустит.

- Можно подумать, твоя Лукерья пустит, ага, держи карман шире.

- А беленькая-то всем нужна, чай, лучше своя, чем привозная.

- Привозной Петруха Сомов по весне отравился.

- И богу душу с того отдал.

- И даже солдаты из крепости нашу беленькую уважают, всегда заходят и спрашивают – есть ли на продажу.

- А как не быть-то, есть.

- И вот. А что теперь как, мы и не знаем.

И стоят оба такие, руками разводят. Зайки, мать их. Пушистые. А если бы не генерал, то что, меня бы тут сейчас не было? Старичок-бурундучок сказал, что мне позволили по земле ходить, а могли бы не позволить? Женевьева утонула бы здесь, я – там. И всё? Или утонула бы только я, а Женевьева сидела бы тут? Если бы генерал её спас?

Но оставлять попытку убийства безнаказанной нельзя.

- Не всё сказали, - я сощурилсь и оглядела обоих.

- Не всё, - согласился со мной отец Вольдемар.

Мужики только того и ждали. Повалились на колени передо мной оба.

- Матушка-барыня, прости!

- Прости дураков, испугались мы сильно, не ведали, как быть.

- Но господь тебя спас, и ты нас спаси.

- Отслужим, верой и правдой отслужим!

- Исполним всё, что скажешь.

- Пока сама нас не отпустишь, не уйдём.

- Только не вели пороть и казнить.

Я глянула на священника.

- А что, если я велю пороть и казнить, кто-то это сделает? Что-то я тут не видела ни старосты, ни головы здешнего, ни какой другой власти.

- Старосты и нет, не завели. И власть здесь над нами в первую голову божеская. Но сама знаешь – до бога высоко, до царя, то есть до царицы, далеко. Вот сами и справляемся. Но если ты решишь – позовём солдат из крепости, они смогут и выпороть, и казнить.

Ну да, ну да. Генерал уж наверное сообразит, как всё это следует делать.

- Не вели звать солдат из крепости, матушка-барыня!

- Некому деток малых кормить, и жена хворая!

- И у меня детки малы ещё, и жена не справится!

- Некому будет их одеть-накормить, уму-разуму научить!

Эти-то научат, конечно.

- Значит, слушаем, - начала я как могла сурово. – Господь рассудил так, что я осталась жива.