Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Хотите сказать, если бы вы не подоспели, то демон бы убил всех в этом поселении?

– Да.

– Не всех, – фыркнул Эриас. – У кого-то из нас должны были найтись силы противостоять демону, мы ведь не на первой ступени заклинательства стоим.

– Излишне самоуверенное заявление, – сухо подметил Морион. – Да, у заклинателей вашего уровня высокая сопротивляемость, но отличить реальность от сна порой невозможно. Демоны снов – одни из самых опасных представителей ранга «сошка». Так что просто поблагодарите меня за помощь, сами вы вряд ли бы справились.

Эриас нервно дернул щекой. Люциан возблагодарил богов, что он не стал отвечать Мориону, иначе диалог перешел бы в опасное русло.

– Теперь ты веришь, что демоны совсем распоясались? – сказал Абрам, подняв глаза на своего владыку. – С нападения на Валар не прошло и недели, а уже атаке подверглась Юнан. В обоих случаях участвовали демоны, и до этого они были не один раз замечены. Тебе не кажется это странным? Один раз – случайность, два – совпадение, три – закономерность.

А если больше, это уже похоже на чей-то план.

– К чему ты клонишь? – спросил Люциан, хотя уже знал ответ.

– Владыка демонов совсем потерял страх.

Внезапно Морион усмехнулся.

– Как будто он у него был.

Люциан нахмурился. С того момента, как он вышел из медитации, ему советовали приглядеться к владыке демонов. В последнее время все происходившие события вращались вокруг него. Большинство считало его причастным к организованным нападениям, но то были лишь подозрения, не имевшие никаких доказательств.

Однако Люциан отказывался спешить с выводами и бить тревогу раньше времени, хотя сейчас игнорировать это было сложно. Абрам был прав: происходящее походило на закономерность, а тот факт, что в двух деревнях демоны появились в течение одной недели, – настораживал.

Люциан погрузился в молчание. Он раздумывал о том, чтобы созвать Тайный круг и обсудить ситуацию с владыками других кланов, – так поступали в случаях, влияющих на жизни тысяч людей, – но это отчего-то казалось неверным решением.

Сердце подсказывало Люциану, что нужно самому разобраться: выждать и все разведать. Он отличался от других владык и заклинателей тем, что его разум почти не подвергался эмоциям, а виденье было особенным."

"Ошибочное суждение было хуже, чем его полное отсутствие, особенно когда любая неверная фраза могла взволновать целые толпы. Именно поэтому Люциан не хотел поднимать людей на уши из-за каких-то домыслов, пусть даже уже умирал народ.