Явка с повинной читать онлайн

Будет Лева таким же мужественным, как отец, или останется на всю жизнь Левушкой?

Пробормотав какое-то объяснение, Клава деликатно отправилась на кухню. Лева посмотрел на хозяйничающую за столом маму, поймал ее взгляд и подмигнул. Она ответила улыбкой.

«Кажется, сын умней всех, — довольно подумала она. — Нина с Иваном торопятся, все им надо сейчас, сию минуту. Иван максималист, считает, что только его восприятие жизни идеально. Все одним махом, раз и навсегда. Препятствия сломать, разрушить до основания. Он все еще считает, что украл меня, заставил выйти замуж, покорил, завоевал.

Глупый, глупый генерал. Лидер и победитель. Шестой десяток, и все самоутверждается, соревнуется, доказывает. Какое же счастье, что я выбрала тогда именно его, не ошиблась, выстояла. Девчонка тоже из настоящих, торопится только. Как Иван, максималистка. Все ей надо сразу, в готовом виде, только из чистого золота. Возможно, Иван девочке больше Левки нравится. Еще бы! Сколько в этого генерала-победителя сил вложила. Мужчину всю жизнь воспитывать надо, только чтобы он ни в коем случае этого не почувствовал. Он вырастает, крепнет, в трудную минуту это твоя опора. А чтобы не выйти из формы, мужчина время от времени должен совершать подвиги».

Генерал взял графин с настойкой.

— Кто желает?

— Я пас, завтра соревнования, — ответила Нина.

— А у меня в понедельник, — сказал Лева. — Как выразилась бы Нина: по тяжелой дорожке и в незнакомой компании.

— Кто у вас фаворит? — спросила Нина.

Лева замялся, покраснел заранее, но сказал:

— Справедливость.

Она должна победить. Я отвечаю за это. Один.

Лева прихвастнул. Отвечал он не один. Турилин из своего кабинета руководил операцией, которая в понедельник вступала в решающую фазу.

* * *Анатолий Птицын направился в университет, его брат улетел в Ленинград, чтобы выяснить ленинградский период жизни Крошина. Ломакин вызвал по телефону родителей Наташи Лихаревой и отправился встречать их на вокзал. Лева привел к Турилину сначала одного «телохранителя», затем другого и уехал на ипподром.

Сделать статую просто, надо «взять кусок мрамора и отколоть все лишнее». Лишнее и откалывали. Крошина оставляли одного.

Все документы поступали на стол к старшему следователю прокуратуры по особо важным делам. Николай Тимофеевич читал и перечитывал, он не любил при допросе заглядывать в бумаги. Все должно быть в голове.

Так прошли понедельник и вторник. Наступила среда.

Крошин припарковался в излюбленном месте, чуть в стороне от главного входа.