Император и Сталин читать онлайн

– Нефть, разведывательные данные из Османской империи и, – Манташев сделал солидную паузу, – выделение особой группы сообразительных образованных федаинов для выполнения специальных поручений Его Императорского Величества.

– Однако… – медленно произнёс, качая головой, Саркис Меграбян, – последнее предложение – самое неожиданное…

– Наоборот, вполне ожидаемое, – перебил товарища Озанян. – Я согласен… Дай Бог, чтобы тебе, Александр, хватило нефти на все эти задумки…

– Нефти хватит. Уверен, обязательно хватит, – улыбнулся Манташев, сжимая в кармане записку императора с названием никому не известного местечка в Персии – Месджеде-Солейман.

[41]

– Прости, отец, – подал голос младший Манташев, – но я не верю, что русский император вдруг озаботился тем, чтобы у Армении была своя нефть…

Нефтепрмышленник покачал головой.

– Я не настолько наивен Левон-джан, поэтому прекрасно понимаю, что он все это делает не для того, чтобы у нас было, а для того, чтобы у османов и англичан не было…

Последнее пожелание императора, что все вышеописанные предложения должны исходить от кого угодно, но только не от государя, – Манташев озвучивать не стал, благоразумно рассудив, что, с этой непосильной ношей – быть автором идеи национального возрождения Армении он сможет справиться без посторонних…

Глава 15.

Время собирать камни. Продолжение следует…

Декабрь 1900. Дом Гинцбургов в Санкт-Петербурге"

"Барон Гораций Осипович Гинцбург, действительный статский советник, купец первой гильдии и Ктитор Большой хоральной синагоги в Петербурге познакомился с Эдмоном Ротшильдом еще в 1880-е годы, когда неугомонный французский банкир помогал российским евреям переехать в Палестину, спасаясь от погромов.

Тогда они работали бок о бок и, как продолжение этой работы, в 1892 году в Петербурге было открыто отделение Еврейского колонизационного общества во главе с Горацием. В 1899 году барон Эдмон де Ротшильд передал под «юрисдикцию» ЕКО земледельческие колонии в Палестине, основанные на выкупленной им земле. С тех пор переселение на “землю обетованную” пошло веселее, но всё это было полумерами, и бароны это прекрасно понимали.

Для развития нации требовалась не земля в чужой стране, а собственное государство. Пусть крошечное, но своё. Государственность всегда упиралась в признание её сильными мира сего, а насчёт этого бароны никаких иллюзий не питали. Требовалось в этом заборе из “нет” пробить брешь и заручиться поддержкой хоть какой-то из ведущих мировых держав.