Император и Сталин читать онлайн

Император стоял в самом углу салона и, набивая трубку, исподлобья внимательно наблюдал за министрами. Лица разной степени помятости отражали как непрестанную изматывающую качку, так и результат вчерашних докладов, плавно переходящих в задушевные разговоры, в ходе которых вопросы императора заставляли бледнеть, краснеть и тоскливо посматривать на дверь в ожидании окончания “дружеской непринуждённой беседы”

Министр просвещения Боголепов – так и не смог сказать, что делать с непрекращающимися с 1899 года студенческими беспорядками.

Также не смог сформулировать, сколько и каких специалистов его ведомству требуется подготовить, чтобы удовлетворить потребности страны в инженерах, агрономах, врачах, учителях. Обещал уточнить, посовещавшись с коллегами. Однако, судя по поникшей голове и взгляду строго в пол, уточнений сегодня не будет. В руках папка. Скорее всего прошение об отставке… «Нет, ты нам ещё пригодишься. Тебя очень не любит Витте, а, значит, пока буду любить я…»

Куропаткин – ну, эта мышь давно ищет веник, под который можно спрятаться после неудавшегося комплота Александры Фёдоровны.

Глаза не поднимает, вину чувствует. Это хорошо. Самый правильный чиновник – виноватый. Будем использовать по мере необходимости.

А вот Хилков Михаил Иванович, министр путей сообщения, впечатлил и порадовал. Всё у него чётко, информативно и по делу. Этот князь, пожалуй, даст сто очков вперёд и товарищу Кагановичу – недаром корреспондент английской газеты «Таймс» подчёркивал, что князь Хилков оказался для Японии более опасным противником, чем военный министр Куропаткин…

Ну, а вот и Витте.

«Так, с этим товарищем надо повнимательнее. Даже не с ним, а с теми, кто за ним стоит.» Смотрит исподлобья, затаился… «Ничего, это мы поправим. Подморозили – отогреем.» Отпускать опасно, особенно в таком состоянии. Тем более, что на его счёт имеются особые планы…

– Итак, – подал голос император, заметив, что все собрались и ждут команды, – я рад, что побороть морскую болезнь и собраться нашли силы не только министры, но и их товарищи.

Кстати, у каждого министра есть товарищи и только высшее должностное лицо державы вынуждено работать в одиночку. Это нехорошо. Несправедливо. Есть мнение, что эту несправедливость надо исправить. У царя тоже должны быть товарищи, хорошие, достойные, надёжные…

Закончив такое краткое и неожиданное для присутствующих вступление, император повернулся спиной к аудитории и сделал несколько шагов к иллюминатору, чутко улавливая гул и шелест в салоне.