Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Николай замолчал, испугавшись эффекта от своих слов. Маша беззвучно плакала, сжав руками виски. Архиепископ, задыхаясь, рвал ворот. Наконец, вздохнув со всхлипом, глядя на Николая полными боли глазами, он произнес:

– Сколько?

– Сто тринадцать миллионов, – повторил Николай. – Цена безответственности одних и жажды власти других.

Он тяжело вздохнул.

– Вот и вся моя корысть. Я хочу попытаться что-то изменить. История России может пойти по-другому. Знаете, ваше преосвященство, я не очень верующий человек, но я верю, что Господь не просто так перенес мою душу в тело моего деда.

Ни время, ни место не случайны! И спас я любимую женщину не только для себя, но и для того, что она должна совершить. Я не знаю, как еще мне объяснить вам…

– Не надо, – тихо сказал отец Сильвестр и неожиданно сжал руку Николая в своей руке. – Я верю вам. Ваши помыслы чисты, а боль искренна. Вы хотите изменить ход истории к лучшему."

"– Да, я убежден, что тот вариант истории, который пережила Россия в двадцатом веке, не является единственно возможным.

Прежнюю Россию не вернуть, но можно построить новую, основанную на более справедливых принципах, избежав при этом кровавых революционных методов. Можно остановить Гражданскую войну или хотя бы сократить ее продолжительность. Сейчас конец восемнадцатого года, положение отнюдь не критическое, большевики еще не стали абсолютными властителями умов. Нужна альтернатива! И это может быть только монархия! Только ее, только самодержавие можно противопоставить диктатуре пролетариата!

– Есть мнение, что народ устал от монархии, – возразил архиепископ.

– Народ устал не от монархии, а от слабого монарха! Прости, Маша, но это так… – Николай посмотрел на великую княжну. Та только кивнула головой.

– Вера в доброго, а по сути – сильного царя, – продолжил Николай, – будет сильна в народе и спустя сто лет. Когда люди через голову местных органов власти обращаются с жалобами непосредственно к главе государства – это менталитет! Вот приедет барин, барин нас рассудит!

– Вы хотите противопоставить большевистскому вождю равнозначного лидера и считаете, что им может стать Мария Николаевна?

– Да!

– Почему?

– Потому что более никто из Романовых для этой роли не годится.

Извините меня за цинизм, но она молода, красива, умна, обладает достаточно решительным характером, наконец, она никак не замешана в различных злоупотреблениях, которые вменяют в вину многим членам императорской фамилии.