Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Как уж там у классика… «не читайте советских газет до обеда». Шикарная книга, да и кино наверняка классным должно получиться. А как там Владимир Семёныч поживает?

— Живой пока… пишет песни, ездит с концертами, снимается потихоньку… да, с Таганки он ушёл совсем.

— А чего так?

— С Любимовым что-то не поделили. Сейчас там новая звезда, на Таганке — Леонид Филатов.

— Тут вот какое дело, Саныч, — решился я наконец-то поведать ему о своих проблемах, — я сейчас временно безработным оказался, так что прошу об услуге, может устроишь меня куда-нибудь в кинобизнесе, а? По старой памяти, а?

— Ты для меня много хорошего сделал, так что почему бы и нет, Серёжа? — с хитрой усмешкой отвечал он.

— Но такие дела быстро не решаются, звякни мне где-нибудь через недельку, через две. Телефон у меня старый.

* * *Ничего интересного более на этой встрече не произошло, потом мы с Вовой и Алёной укатили на свой родной Автозавод на такси, а вечером, сидя перед открытым окном и допивая початую бутылку Джека Дэниэлса, я подвёл, так сказать, неутешительные итоги своего пребывания на Родине.

С женой разбежался, это раз, никому не нужен оказался, ни в администрации, ни в политехе, ни в кино, это два, да и просто тоска смертная накатила, это три. Опять что ли в управдомы идти? Так ведь два раза в одну реку не войдёшь…

А потом посмотрел на настенный календарь, от предыдущих хозяев что ли остался, какое ж сегодня у нас число на дворе? Оказалось, что 15 апреля 1986 года. Апреля, Сергуня, 86 года, Сорокалет! Ну вот, похоже, я и определил, чем мне надо заняться в ближайшее время…

26 апреля ровно в четыре часа"

"Не в четыре, конечно, часа, а в час-23, но такие цифры, как легко догадаться, в стихотворный размер не влезут, поэтому пусть будет четыре.

Авария на Чернобыльской АЭС произошла… ну то есть, произойдёт… в это самое время. Разрушение взрывного характера четвёртого энергоблока Чернобыльской атомной электростанции, если уж быть точным. Которое привело к неисчислимым бедствиям и финансовым потерям, загрязнив остатками радиоактивных элементов огромные площади.

И явилось не главной, конечно, но одной из существенных причин катастрофического обрушения Советского Союза через несколько лет.

Вот где есть тебе развернуться, Сергуня, сказало моё второе я откуда-то из глубин подсознания. Никто, правда, этого не оценит, кроме тебя — ведь общепринятое же мнение гласит, что реакторы РБМК взрываться не могут.