Инь, янь и всякая дрянь читать онлайн

Я потерла отчаянно слезящиеся глаза. Коробков молодец, за рекордно короткий срок накопал гору информации, вот только кое-где концы с концами не сходятся. Самойлова получила черепно-мозговую травму, лежала в больнице четыре месяца и… ухитрилась в это же время обменять свою просторную квартиру на маленькую хрущевку. Право, странно! Хотя, вероятно, она выдала кому-то доверенность. И… минуточку!

Я от удивления оперлась руками на стол. Самойлова была переведена из Склифосовского в коммерческое отделение дома престарелых в Караваевке и, судя по документам, до сих пор там находится! Оксана не выписывалась, но ухитрилась выйти замуж за Федора и устроиться на работу бухгалтером.

Это что вообще такое?

Я потащилась на кухню и начала сооружать новые бутерброды. Сейчас можно забыть про стройную фигуру и диету, мозгу для продуктивной работы необходимы жиры, белки и углеводы. Схватив поднос, уставленный тарелками, я ринулась к компьютеру, вонзила зубы в сэндвич с ветчиной и моментально успокоилась."

"Итак, подведем итог.

В девяностых годах в Москве появилась вынырнувшая из пучины океана повариха Полина Юрьевна Бондаренко. По дороге из Владивостока в Москву тетенька обзавелась дипломом врача и заимела сына-подростка Феденьку. Мальчик материализовался из небытия, никаких документов о его рождении нет. Не совсем нормальный подросток вырос, устроился поломойщиком и счастливо женился на Оксане Родриговне Самойловой, которая после похода в загс сменила фамилию и стала Оксаной Родриговной Бондаренко. А потом, исходя из «кино», присланного супругу Федору, ее похитили и застрелили. Но вот странность: женщина по имени Оксана Родриговна Бондаренко жива и до сих пор находится в коммерческом отделении дома престарелых в Караваевке, того самого, где очутилась Серафима, в чью квартиру въехала Полина Юрьевна. Можно, конечно, посчитать это простым совпадением, Оксана Самойлова не очень редкое сочетание имени и фамилии, но вот отчество «Родриговна» встречается в России не на каждом шагу. А еще у той, что находилась в приюте, и у жены Федора совпадали все данные паспорта. Невеста Бондаренко предъявила в загсе документ, указала в анкете дату своего рождения, место прописки, и сведения были точь-в-точь теми же, что у несчастной тетки, влачащей дни в доме престарелых. Коробков ухитрился каким-то образом подметить сходство. Или он просто искал Оксану Родриговну, а ему выпала информация на двоих, одновременно находящихся в разных местах, женщин? Вот уж чудо.