Камуфлет читать онлайн

"

"Наконец вензельные двери медленно открыли величественную залу.

Их попросили пройти.

Ее Величество Государыня Императрица восседала на уютном диванчике в окружении Их Светлостей Великих княгинь, держа на коленях Его Императорское Высочество Наследника Цесаревича и Великого князя Алексея Николаевича. Будущей самодержавный властелин одной шестой части суши и прилегающих морей, с интересом разглядывал новые лица, но более стараясь поймать кружева маменьки.

Долгожданный цесаревич казался здоровым и упитанным ребенком.

Притом удивительно симпатичным, если не сказать очаровательным. Случилось маленькое чудо — немецкая кровь испекла сдобный русский пирожок. На мордашке аппетитно пухлились румяные щеки. Если бы не статус ребенка, Ванзаров не удержался и ущипнул пышку.

Алексей отличался красивым, чуть полноватым овалом лица и удивительными глазами: огромными, словно сошедшими с картин Рафаэля. Ребенок вобрал лучшее обеих пород: тонкие сжатые губы от датского дома, крепкий нос — от Романовых.

В платьице и с русыми кудряшками он казался очаровательной куклой или шестой девочкой в семье. Через года у России будет поразительно красивый царь.

Между тем наследник изволил развлечься и потянулся к полу, чтобы цапнуть башмачок фрейлины. Императрица подхватила сына, строго выговорив:

— Нелзья, Алексис, как вам нье совесно? Ай-ай-ай!

Говорила она с мягким акцентом.

Характер у ребенка оказался бойкий, но покладистый. Он послушно вернулся на колени матери, но тут заметил другую игрушку — блестящие пуговицы мундира Ванзарова, протянул пальчик и заявил:

— Ася!

Вне протокола улыбнулся Родион Георгиевич монаршему вниманию, и честно говоря, захотел схватить карапуза, посадить на закорки да покатать «лошадкой».

Какое все-таки счастье — мальчик в семье!

Барон Фредерикс направил церемонию приема в правильное русло. Нынешнее событие лишь недавно появилось в дворцовом протоколе. После катастрофы января в высших сферах поняли, что императору не хватает прямого общения с народом в виде верноподданнического изъявления чувств.

Те, кто готов был от чистого сердца выказать благонамеренность, допускались непременно. Во дворце и Царском уже побывали депутации фабрично-заводских рабочих, промышленников, купцов, земства, сестер милосердия, матросов с «Варяга», фронтовиков Манчжурии и даже банкиров. Депутации от просвещенной интеллигенции так и не дождались, потому сгодились сироты. Напоследок. Но прием отнесли государыне.