Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

В ушах стоял голос Дианы ""Пожалуйста, не надо""… И он вдруг отчетливо увидел то лицо, о котором запретил себе вспоминать. Возможно, когда то именно так умоляла Анна своих палачей не рвать ее тело и его растерзанная мать над которой глумились солдаты Максимилиана. Она тоже умоляла их остановиться и пощадить. Как Диана.

Его напряженный, изнывающий член внутри ее тела обмяк, как только он посмотрел в ее глаза, эрекция пропала. Он не смог.

Он будет помнить выражение ее глаз всегда. Этот образ врезался в его память.

Дикий страх и отчаянье, запах боли и одиночества. Запах обреченности. Он привык к смраду смерти и гнили грешных душ своих собратьев, но не к страданиям. Это потрясло его. Это вызвало боль. Тупую, пульсирующую боль и воспоминания. Из прошлой жизни. Воспоминания, которые он похоронил настолько глубоко, что думал — они уже не воскреснут. Там он был другим. Он улыбался, он любил, он жил и дышал полной грудью, а еще — там он познал боль утраты, горечь потери и ненависть. Все вернулось с новой силой.

Поглотило его, сожрало за одну секунду, отразилось в золотистых глазах смертной девушки. Как в зеркале, где он видел свое чудовищное отражение монстра. Того кем он стал. Нет. Он не исполнитель — он монстр. Жуткий, бесчувственный монстр.

Изгой закрыл глаза и почувствовал, как ногти впиваются в огрубевшую кожу ладоней.

Снова ее лицо перед глазами. Бледное, с гримасой боли и унижения. Да, по — началу он хотел ее. Хотел так сильно, что похоть затмила все другие чувства, а вздыбленный член приносил физические страдания.

До того момента как не посмотрел в ее глаза и увидел там ужас. Он внушал ей дикий ужас.

И внутри что то щелкнуло, он, словно выключился. Черная пелена безумного плотского желания тут же растворилась в жестокой реальности. Он умел владеть своим телом всегда. Даже сейчас мозг тут же подал сигнал об отступлении. Возбуждение спало. Исчезло. Осталась горечь и пустота. Изгой никогда не занимался сексом с девственницами. И в человеческой жизни у него не было девушки, невесты.

Вечный солдат. Вечный воин. Всегда все второпях — и на войну, в очередное сражение. Мало что изменилось с тех пор. Только его силы, которые удесятерились и его способности. Он не слыл хорошим любовником, он не умел быть нежным и он никогда не соблазнял представительниц слабого пола. Он имел дело со шлюхами. Платил, удовлетворял физическую потребность и забывал о них как о съеденном ужине.

Никогда не чувствовал ничего похожего на то, что испытывал к Диане.