Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Эта массивная железяка занимала весь доступный вес в моем хранилище, возможно, я делаю ошибку и оставляю что-то очень ценное, но выбирая между одной бесполезной частью амуниции и кучей других более полезных предметов, на мой взгляд, разумнее остановиться на последних.

Отлично, так на чём ещё сэкономить? Взгляд пробежался по хранилищу, отдельными кучками лежали книги и свитки. Знания мне нужны, и где я смогу получить их повторно, я весьма плохо представлял. Система позволяла схожие предметы складывать в одну ячейку.

Атласы и справочники лежали отдельно, магические свитки в другом месте, еще одну ячейку занимали две книги с необычными рисунками на обложках в виде монаха, медитирующего в форме лотоса, и с вскинутой в ударе руки. Единственное пояснение, что получил: это книги навыков и техник. Всё это вместе заняло почти половину места в хранилище и около четырех килограммов веса.

Хотя чуть подумав, одну из них я всё-таки положил на пол. Малый атлас садовода, тебя я уже успел изучить.

Отлично, освободившиеся триста грамм веса занял мешочек с разнообразными монетами. Не зря же ведь их Грул собирал по всему монастырю. Значит, чего-то они да стоят. Ещё несколько мешочков монет занимали две ячейки и отняли пару килограмм веса.

Оставшийся вес поделили зелья, семена из разгромленного сада и пара богато украшенных подсвечников из зелёного камня, показавшихся мне необычными и дорогими. С сожалением глянул на груду вещей, лежащих сейчас повсюду.

Я смог лишь тоскливо вздохнуть. Возможно, я упускал ценное, но больше забрать ничего не мог. И лучше взять что-то легкое и недорогое, чем пару смятых шлемов или тесаков.

Я уже собирался активировать кнопку выхода, когда за спиной раздался звон ключа, выпавшего из сундука, словно что-то его вытолкнуло наружу. Обернувшись, подошёл ближе, подняв его с пола, заодно и взглянув на изящный сундучок, который им пытались открыть.

Выглядел он так, словно его вырезали из горного хрусталя с золотистыми прожилками, бежавшими внутрь него.

Всю поверхность сундука покрывала сложная резьба, завитки, углубления, созданные как будто случайно, лишь повинуясь воле и фантазии мастера. Тем не менее вместе они создавали что-то осмысленное и осознанное, но неуловимо ускользавшее от меня, смутно напоминая нечто, увиденное когда-то давно.

Я смотрел вперёд, а перед глазами всплыла картинка из прошлого.