Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Так же, своим ходом, я поднялся и до своей квартиры и улёгся отдыхать на диван в гостиной.

— Прохор, а не гульнуть ли нам? — обратился я к своему воспитателю, глядя при этом на доктора и Лебедева, приехавших с нами. — Пюре больничное мне не особо зашло, хочется вкусить что-то более питательное. На алкоголь не претендую, но вы можете себе ни в чём не отказывать, господа."

"Господа переглянулись и вопросительно уставились на доктора.

— Дайте мне меню.

— вздохнул он. — Посмотрим, что может себе позволить больной из всего богатства выбора местного ресторана.

Только он определился, как в дверь позвонили, Прохор открыл, и в гостиной появилась Вяземская.

— Вика! — трагичным голосом заявил я ей. — Они меня голодом и дальше собираются морить! Проследи, чтобы меня нормально накормили! Мочи никакой нет!

Девушка пристально начала разглядывать мужчин, остановив свой взгляд на докторе, который по привычке был облачен в белый халат.

— Дмитрий Григорьевич? — вопросительно уставилась она на него.

— Виктория Львовна, голубушка, — виновато улыбнулся тот, — Алексей Александрович наговаривает на нас! Я ему и кашку рисовую на молоке собираюсь заказать, и омлет, и кисель, и даже компот из шиповника! Самое то сейчас для Алексея Александровича!

— Дмитрий Григорьевич, — хмыкнул Прохор, — ты не переживай, его Императорское Высочество шутить так изволит.

Не принимай на свой счёт. А вот мы с вами, в том числе и присутствующая дама, с устатка беленькую возьмём под ушицу, а на второе стейк из сёмги. А его Императорское Высочество, поедая рисовую кашку под компотик, будет нам изо всех сил завидовать. Договорились?

Доктор слегка замялся:

— Может без беленькой?

— Какая уха без беленькой, Пилюлькин? — спросил Лебедев.

— Побойся бога! А сёмга? Не отрывайся от коллектива, Григорьич! Ничего с нашим больным не случится, вон как из больнички скакал, я еле за ним поспевал!

— Я тоже… не против. — согласилась Вика. — Веселее будет. А то в больнице все как в воду опущенные ходили…

И Прохор по телефону начал зачитывать заказ администратору ресторана.

Сказать, что мне было не обидно, как предрекал Прохор, было нельзя.