Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Оно все стонало и хрипело, причиняя столько боли внутри, что хотелось вырвать его и бросить под ноги тому, кому было наплевать, было ли в нем жизнь или нет…

Я не могла разобрать слов, о чем говорили мужчины, глядя лишь на руки Хана, которые сжались с такой силой, что его золотистая кожа стала просто белой, вздрогнув, когда рука Озана снова легла на мои плечи, и послышался его наигранно сладкий голос:

— Идем, дорогая, хочу представить тебя своим друзьям и поделиться со всеми своим счастьем.

Мне было уже не важно, куда идти и для чего, пока я передвигала ногами, ощущая аромат Хана, что вышагивал рядом с Озаном по другую сторону от мужчины, о чем-то тихо переговариваясь.

И как бы я не надеялась услышать в их приглушенной беседе свое имя, этого не происходило, отрезвляя и давая отчетливо понять, что это моя война и моя проблема, в которой не стоило ждать помощи."

"Мы не спустились на 1 этаж, где слышались звуки музыки, звон бокалов и приглушенные голоса, прошагав по коридору дальше и сворачивая в одну из дверей, где находилось с десяток мужчин.

Убранство комнаты напоминало скорее рабочий кабинет с дорогой мебелью и массивными тяжелыми шторами. Здесь пахло табаком и средством для полировки, когда Озан прошагал вперед, увлекая меня на за собой к массивному письменному столу, за который вальяжно сел, оставляя меня стоять рядом с ним, бросая взгляды на собравшихся мужчин, в числе которых был тот единственный черноглазый, от которого я не могла оторвать своих глаз…даже если понимала, что ему это крайне неприятно.

Устроившись на одном из стульев, выставленных практически рядами, Хан был как всегда верхом надменности, стиля и отрешенной элегантности, бросив на меня колкий злой взгляд, заставляя судорожно опустить ресницы в пол и больше их не поднимать.

Я пыталась рассматривать узоры на ковре, все-равно всем своим существом тянувшись туда, где витал пряный родной аромат, который меня не пытался оттолкнуть, как колкие глаза его хозяина, давая насладиться хотя бы видимостью хрупкого и придуманного мной самой чувства защищенности, слыша голос Озана:

— Мои партнеры, друзья, братья.

Сегодня я собрал вас всех в своем доме, чтобы официально представить вам свою дорогую племянницу, которую я искал много лет и вот наконец нашел!

Я дрогнула, когда послышались аплодисменты и какие-то возгласы с поздравлениями, видя, краем глаза, как Озан лишь махнул рукой, призывая всех к тишине и порядку.