Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Пора привыкнуть!

Услышав эту реплику, Герман зачем-то даже вытащил с полки книгу. Первую попавшуюся – нужно было чем-то занять руки. Потому что теперь он узнал оба голоса.

– Слышал много раз, – ответил агент Пьер. – Талантливый народ и все прочее. Только почему вдруг стало так много проколов?

– Ребята подобрались – как-то очень…

– Здесь я соглашусь! Никогда еще мне не приходилось разыгрывать спектакль столько раз подряд!

Герман поймал себя на том, что уже идет между стеллажами не таясь. Когда вышел из узкого книжного коридора в освещенный закуток, его ждали.

Казалось, два библиотекаря собрались почаевничать. Сидели у стола, наверняка позаимствованного из читального зала. Лампа под зеленым абажуром придавала этой нише, окруженной книгами, вид домашней библиотеки, где в самых темных углах таилась добродушная жуть.

Первым Герман увидел Пьера. Затем высокого человека с глубоко посаженными глазами и мощными бровями. Пробор разделял его пегие волосы точно посередине, так что они были похожи на сложенные крылья.

Иначе говоря, это был папа Дима.

Он первым и нарушил немую сцену.

– Здравствуй, Герман!

– Здравствуйте, Дмитрий Иваныч… – только и смог выговорить пришедший.

– Вот, что я говорил! – взмахнул руками агент, будто гость для того и явился, чтобы проиллюстрировать какую-то его мысль.

– Вы нас обманывали! – Герман собрался с силами.

– Если быть более точным, то не он, а я, – безапелляционно и чуть ли не жизнерадостно заявил Пьер. – Только это не помогло!

– Кстати, Пьер, – сказал папа Дима.

– Откуда он вообще узнал, куда идти?

Герман переводил взгляд то на одного, то на другого. Его вопрос словно утонул в обсуждении.

– Моя вина, – агент даже привстал и театрально приложил руку к сердцу, склонив голову, – а все из-за проклятой любви к эффектам. Я показал ему ход сюда. Хотел подчеркнуть, что среди книг есть место и его собственным.

– Может, сядешь? – предложил Герману папа Дима.

Тот увидел незанятый стул – старый, с деревянной изогнутой спинкой. Неожиданно пришла усталость, будто Герман прошел много километров.

Стул гостеприимно скрипнул, принимая гостя.

– Извини нас, – мягко сказал папа Дима.

– Никаких пришельцев нет? Никто не прилетит?

– Я попробую объяснить, – начал папа Дима, – но понять будет куда труднее, чем искривить пространство.

– Он способный, он сумеет, – поддакнул агент.

– Нам не нужно выдумывать технику для инопланетян?

– Не нужно, – опять сказал Пьер. – Мы ей не пользуемся…

– Позволь мне, – вмешался папа Дима.