Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Да и спать тут можно было только бок о бок, что также добавляло тепла."

"Рядом с полуземлянкой стоял крытый загон для скота. Двускатная соломенная крыша на столбах и плетенка веток в качестве стен. С другой стороны участка располагалась маленькая землянка, где сейчас стояли пустые корчаги с корзинами. Ибо все припасы, имевшиеся у семьи, налетчики забрали.

Внешний очаг в виде кострища, обложенного камнями, находился на приличном удалении от жилой полуземлянки. Видимо, чтобы солому не подпалить искрами. Рядом с ним лежало немного хвороста и нехитрого кухонного скарба.

Керамического. Грубой, ручной лепки, явно не знавшей гончарного круга. Тут все горшки такие были. И, как подсказывала память Неждана, не только у них. Каждый сам себе их лепил по мере надобности и обжигал. Корзины еще имелись. Разные, но в основном предельно простые и грубо сделанные. Некоторое количество.

Ну и все, в общем-то.

— Не богато… — тихо произнес Неждан, подводя итог и рассматривая поле ячменя, лежащее чуть в стороне.

Не очень большое. Мало-мало распаханное грубой сохой, лишенной даже металлического наральника. Вон она у загона для скота валялась. Рядом с нехитрой сбруей для запряжки быков, ну или коров — тут как повезет.

Поле вытоптали.

Не все, но прилично. Эти уроды прогнали через него стадо, ранее захваченное у других семей. Так что в центральной его части считай, что и ничего и не осталось. Только по краям.

Что еще?

Нож.

Маленький такой ножик. Крошечный, по меркам гостя из XXI века.

С клинком в указательный палец[5]. Но он не смущался и не удивлялся. Чай с эпохой был знаком и понимал: железа был острейший дефицит. Поэтому и такой нож — величайшая ценность. А он — везунчик, так как нож не выпал из нехитрых ножен, пока Неждан принимал водные процедуры в реке.

И все.

— Ужас… тихий ужас… — пробурчал Неждан, садясь к опрокинутому и разбитому горшку. В его черепках еще имелись остатки каши, которой очень нескоро он сможет покушать, запасы зерна-то забрали.

Огляделся.

Столовых приборов не наблюдалось. Как и мисок. Поэтому он достал нож и, используя его как лопаточку, осторожно поел.

Потом побродил по округе немного, все вокруг разглядывая. Недолго, так как где-то через час, в сумерках раненный очнулся и застонал…

— Голова… — просипел тот.

Правой рукой было дернулся он ее потрогать, но быстро унял порыв. Сказывался рассеченный бок. А на левой руке он покоился пару часов подряд и, судя по всему, ее отлежал.