Когда боги смеются читать онлайн

- Валера был удивительный, я могла с ним говорить обо всем, что меня интересует. Он очень много знал, а если чего-то не знал, то всегда старался вникнуть, чтобы обсуждать это со мной, если видел, что мне хочется об этом поговорить.

- Например?

- Ну... Например, я сказала ему что-то о Лане Вайсмюллер, а Валера меня послушал совсем чуть-чуть, а потом сказал: ""Дай мне пару дней, я достану кассеты с ее фильмами, посмотрю, а потом мы вернемся к этому разговору"". Он ведь был очень занят, учился и работал, но все равно хотел выкроить время на эти кассеты, чтобы поговорить со мной о том, что мне интересно.

Для него всегда было очень важным, чтобы мне было с ним интересно.

- Почему? - спросил Доценко, хотя ответ, как ему казалось, был очевиден. Дина была необыкновенно привлекательной девушкой, тогда как погибший Валерий Фризе никакими выдающимися внешними данными похвастать не мог. Миша был уверен, что услышит сейчас: ""Он боялся, что я его брошу"". Но услышал совсем другое.

- Он любил меня. И хотел, чтобы мне было хорошо.

Во всем, понимаете?

Чего ж тут не понять? Все это чудесно, однако хотелось бы вывести девушку на воспоминания о том последнем вечере, который она провела с Фризе в ночном клубе ""Геракл"".

- Дина, вы часто ходили с Валерием в ночные клубы?"

"- Часто. Я уже говорила, он учился и работал, у него свободное время было только поздно вечером и ночью. Когда нам еще было встречаться?

- Вы ходили в какой-то постоянный клуб или в разные?

- Господи, да меня уже спрашивали об этом тысячу раз! - воскликнула девушка с досадой.

- Ну сколько можно об одном и том же? Месяц назад расспрашивали, теперь опять... Вам что, заняться больше нечем? Не можете найти убийцу, так видимость активности изображаете. Я всегда думала, что газеты преувеличивают, когда ругают милицию, ну знаете, для красного словца подтасовывают факты и все такое. А теперь вижу, что все правда. Вы же ничего не умеете, ничего не можете, только душу выматываете!

Она расплакалась. Обычно в таких случаях Доценко испытывал жалость и одновременно неловкость, словно именно он виноват в том, что человека убили, а преступника до сих пор не нашли.

Но сегодня он не почувствовал ни жалости, ни неловкости. Может быть, он устал от жары, может быть, от долгих и безуспешных поисков варианта размена квартиры, а может быть, просто притерпелся. Михаил решил не ждать, пока девушка успокоится. Он по опыту знал. что нельзя позволять людям слишком глубоко погружаться в эмоции.