Кровник (пенталогия) читать онлайн

— Будете базарить — спецназ позову! — закрепляя успех, объявил корпусной. — Они уже неделю без работы — соскучились, поди! — Публика замолкла — только отдельные задушевные всплески былого буйства доносились в нашу сторону из коридора. В общих камерах поголовное большинство самостоятельно гасило наиболее неуемных: сей процесс выражался в мычании заткнутых ртов и причитаниях типа «не надо, не надо — я сам!».

— Ну че — есть желающие повозбухать? — победно воскликнул корпусной. — Если есть — я завсегда пожалуйста!

Возбухать никто не пожелал.

Методы воспитательной работы уиновского спецназа[23], отделение которого постоянно дежурило где-то на верхних этажах Си-1, надолго оставляли мрачный след в памяти любого обитателя пенат, будь он хоть трижды дегенератом.

— Ну зачем спецназ? — вкрадчиво пробормотал вредный Григорий после некоторой паузы. — Ты зайди сюды, пощупай его — вдруг он кони кинул? А коли не кинул — так он тебе по черепу жахнет, переоденется и, как в 1954-м…"

"— Да заткнись ты, чмо! — пресек старого педераста Смирнов.

 — Человек умирает! Ну давай, давай — сделай че-нибудь, братуха! — обратился он к попкарю. — Доктора позови — не веришь, сам зайди, проверь — ведь помрет же!

— Вот это ты влип, Иваныч, — грустно резюмировал Адвокат. — ДПНСИ доложишь, что подследственный ложку заглотил, — вставят на всю катушку. Куда смотрел? Не доложишь — вдруг помрет? Опять же вставят. В камеру зайдешь — на части порвут. Хи-хи…

— Ага, разогнался! — досадливо пробурчал корпусной.

 — Щас все брошу и побегу докладать! Пусть себе лежит — ни хера ему не будет!

— Зря ты так, Иваныч! — сурово прикрикнул Григорий. — У меня разок корпусной недоглядел — подследственный отравился дрянью и помер. Так корпусному поджопник — пошел на хрен с работы! — и платить компенсацию семье заставили…

Так что — топай. Пущай экстренный вызывают — надоть бы этого в клинику свезти.

Корпусной сурово задумался на полсигареты и, захлопнув кормушку, потопал к выходу из отделения.

Спустя пять минут меня аккуратно выдворяли из камеры — при сем знаменательном событии присутствовала практически вся смена попкарей и сам ДПНСИ, который сноровисто обшарил камеру — видимо, на предмет поисков пропавшего черенка, такового не обнаружил и велел тащить меня в дежурку.

Еще минут десять я лежал на носилках в приемнике, дожидаясь конвоя, и изображал нечеловеческие страдания для наблюдавших за мной двух вислоносных прапорщиков.