Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Заимеешь хату, тачку… Я вот тоже, — Кротовский опять крякнул и погрустнел, — если б не жена — тогда да, тогда бы я развернулся…

Тут кореш мой несколько кривил душой: если бы не жена, ни хрена бы он не развернулся — наверняка до сей поры ходил бы в «быках». Вовкина жена была дочерью Белого — отсюда и высота положения, статус, так сказать…

Дело, в котором обещал меня проверить бригадир, оказалось весьма заурядным «наездом» на зажравшегося клиента. Необычным был лишь способ осуществления этой затеи.

Суть проблемы заключалась в следующем: некто Гарик Хачапурян, проживающий на территории Кировского района, выкупил участок рядом со своей усадьбой, огородил его забором, который примыкал вплотную к ограждению его двора, и построил на участке просторный домик с прибамбасами в стиле «ренессанс». А в домике соорудил весьма приличную харчевню на армянский манер: шашлыки-люляшки, пиво-вино-зелень, восточная музыка и так далее.

И вот уже более месяца эта харчевня благополучно функционировала, доставляя радость армянскому люду, в изобилии проживающему в славном русском городе Зеленогорске, повышая уровень холестерина в крови Белого.

Дело в том, что каждый владелец подобного заведения, располагающегося на территории Кировского района, отстегивал бригадиру солидную сумму за «крышу», а Белый, в свою очередь, брал этих владельцев под свое крыло, выставляя в кафе и кабаках «блок-посты»: пару-тройку «быков» при стволах и «мотороллах», которые следили за порядком.

В случае возникновения какой-либо проблемы, с которой «блок-пост» разобраться сам был не в состоянии, к указанной точке моментально подлетала «группа быстрого реагирования» — полтора десятка вооруженных лентяев, мучившихся от безделья в усадьбе одного из приближенных бригадира. Система простая и чрезвычайно отлаженная — обе стороны она устраивала во всех отношениях.

В данном же случае возникла небольшая неувязочка: хитрожопый Гарик, владевший сетью магазинов, расположенных на территории Заводского района, граничащего с Кировским, наотрез отказался платить Белому за «крышу», а в личной беседе с ним нагло заявил (по информации Кротовского): «Дело у меня на земле бригады Соленого — ему и плачу. А здесь — мой двор, мой дом. В своем дворе что хочу, то и творю.