Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

У всех были сосредоточенные лица и целеустремленные движения. Они прошли мимо строя зевак и скрылись в подъезде. Я крутил головой, глядя по сторонам, надеясь снова увидеть Федьку, но фронтовой друг исчез, как в воду канул. Мой милиционер закурил и стал болтать со своим коллегой, изредка кидая на меня взгляды. Я вздохнул с облегчением. Промурыжат меня здесь еще полчасика, запишут домашний адрес, чтобы, если понадоблюсь, вызвать к следователю в качестве свидетеля, и отпустят восвояси.

Я отошел в сторону, чтобы не мозолить следственной бригаде глаза, и прислонился к стволу березы.

Милиционер, в кармане которого лежали мои документы, накурился вдоволь, поплевал на окурок и кинул его под ноги. Затем похлопал коллегу по плечу, что-то сказал ему смешное, отчего коллега рассмеялся, и вдруг повернулся и пошел ко мне.

– Так, – сказал он с той интонацией, когда хотят быстро разделаться с нудной и неприятной рутиной. – Я еще не проверил салон и бардачок. Давай, шустренько!

У меня все внутри похолодело.

Сейчас бригада получит существенную улику. Зря только следаки и эксперты ползали по грязной лестнице, ощупывая и обнюхивая ее. Что они там еще нашли, кроме двух пустых гильз? Самое интересное лежит в бардачке «жигуля»! Оружие! «Макаров»! Еще тепленький!

Я очень реалистично представил, как на моих руках защелкиваются наручники и как милиционер, придерживая мою голову, заталкивает меня в вонючий зарешеченный кузов «уазика». От такой перспективы мне стало грустно.

Я сделал несколько шагов к машине и остановился.

– Мне надо позвонить следователю Новорукову, – сказал я.

Но милиционер, то ли не расслышав Федькину фамилию, то ли вообще не зная такого, настойчиво подтолкнул меня в спину.

– Сначала мы все проверим, а потом будешь звонить хоть следователю, хоть адвокату, хоть священнику.

Эх, тонул я в морской пучине, и не было рядом ни спасательного круга, ни бревна, ни соломинки. Что же мне прикажете делать? Открыть бардачок и, хлопая глазами, начать убеждать, что вижу этот пистолет первый раз в жизни? Да, это правда.

Но как глупо и беспомощно!

В голову не приходило никакой спасительной идеи. Как назло, милиционер не позволял мне воспользоваться телефоном. Но даже если я как-то сумею позвонить Новорукову, что я ему скажу? Федька, братан, у меня в бардачке лежит «макаров», из которого только что прихлопнули женщину, и я не знаю, как от него избавиться? Чушь.