Красотка читать онлайн

И тут же отменила запрос: – Впрочем, можешь не отвечать, я догадываюсь, кто помог тебе с боевой раскраской в диком западном стиле. – Я оглянулась на дверь, за которой предположительно спала Натка. Звонкий топот босых пяток и скрип кровати доложили мне: нет, не спала.

– Что за кавалер? Откуда он? Что это за имя – Фомка? Он что, малолетний преступник?! Действует фомкой?.. – бомбила я дочь вопросами."

"– Мам, ты совсем уже? – непочтительная дочь покрутила пальцем у виска. – Какой еще… малолетний преступник?! Фомка – это Фома Горохов из девятого «А».

– Понятно, понятно, – пробормотала я желчно. – Фома Горохов – это… концептуально. Родители у него шутники, должно быть.

Было очень обидно, что родная и единственная дочь не разделила со мной такой важный момент, как появление у нее первого кавалера. Сопливый Васька Бегунов из средней группы детского сада, по-моему, был не в счет.

– Родители? – Санька смущенно порозовела. – Не знаю я его родителей, мы просто… в кино сходили, мам!

Чтобы скрыть от меня свое зардевшееся лицо, она полезла в холодильник, вытащила оттуда только что поставленное на полку молоко, налила себе полный стакан и принялась его пить, шумно хлюпая и формируя белые усы над губой.

Я растрогалась и мысленно надавала себе оплеух. Деликатнее надо быть, мать, все психологи говорят, что подростки – существа достаточно хрупкие и легко ранимые!

– Чтобы в ближайшее время представила семье этого Фому Горохова, – сказала я, уходя в спальню.

Сашка фыркнула в свое молоко, но возражать не стала.

Значит, не все еще потеряно, доверительные отношения с подрастающим поколением не разрушены, успокаивая себя, решила я.

Правильный тортик – это лучшая на свете дипломатия.

Глава вторая

Мой рабочий день опять начался со встречи с Плевакиным. Это уже походило на традицию, которая мне не нравилась. Я предпочитаю видеться с начальством пореже, и ни в коем случае натощак.

Позавтракать дома мне не довелось. Сашка с утра допила молоко, а Натка ночью проснулась и на нервах слопала весь батон, вымазав на него остатки варенья. После этого в моем утреннем меню могло быть лишь одно блюдо – овсянка на воде, а ее мне совсем не хотелось, и пришлось идти голодной.

– Делай, что хочешь, но в доме должна появиться еда! – строго сказала я сестрице перед уходом на работу.