Львица по имени Лола читать онлайн

— Ну что ты, детка, как я могу на тебя обижаться, — ответил Игорь таким тоном, что было совершенно очевидно, что он лжет. — Так бывает в длительных отношениях, это нормально. Сколько мы с тобой друг друга знаем, а, детка? — он протянул руку к ней, но спохватился — опустил. — Что ты там насчет кофе говорила?

— Я сейчас приготовлю! — с облегчением выдохнула Дина.

Но потом, позже, после ухода Игоря, она долго сидела на диване, обняв себя руками. Ничего не решено, она получила лишь отсрочку. И все запутывается, запутывается, запутывается.

Долгие размышления никакой пользы не принесли. Ну тогда и к черту их. Завтра ее ждет коллекция Каподимонте. И, главное — Лев.

***"

"Поставлена точка и подведена черта. Теперь — точно. Эта малолетняя дурочка решила, что может его бросить. Игорь полез за сигаретами. Он бросил курить пять лет назад, по настоянию врачей. И не курил ведь все это время. А тут сначала Алиса, теперь Дина. И все одномоментно, словно сговорились.

Холеная мужская рука с маникюром и печаткой на безымянном пальце стряхнула пепел, а потом и вовсе окурок отправился в урну, а Игорь закурил следующую.

Что ему там Тоха говорил про Дину? Что видел ее в Сочи с каким-то хлыщем? Может, в этом дело? И Дину кто-то приходует, а Игорь не в курсе? В желудке начало жечь. Так, с этим делом надо разобраться, выяснить, кто это такой был там в Сочи.

Зазвонил телефон. Алиса. Доченька любимая единственная, черти ее забери.

Ну точно сговорились!

***

Музеями, как и кинофестивалями, Дину было не удивить.

Родители в свое время немало сил положили на ее культурное воспитание. Правда, усилия эти принесли весьма неожиданные плоды. Дине было откровенно скучно в музеях и картинных галереях, где славу картинам делали, по ее мнению, всякие Винченцо Перуджи. Настоящая жизнь, с ее страстями, событиями и красотой — она там, на улице, но уж никак не в музеях. А еще там вечно толпы народу.

Теперь вся эта концепция трещала по швам. Скажем спасибо Льву Аркадьевичу Кузьменко. Дина впервые в жизни оказалась с картинами один на один.

И эти итальянцы старой школы, а иже с ними голландцы и испанцы безо всякого сожаления вломили ей с места и разворота.

Лев сначала что-то рассказывал ей, но потом понял, что слова лишь мешают. И они молча переходили от картины к картине. Они двое. И «Вознесение» Беллини. И когда ты находишь в себе силы оторвать взгляд от картины и поворачиваешь голову — там тебе уже поджидают незрячие глаза слепых Брейгеля.

После Дина была тиха и молчалива.