Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Она у него дома! Значит, он поймал ее! Поймал и собирался утопить!

Изабелла шумно задышала и поспешно осмотрелась. Перед глазами запрыгало знакомое трюмо, зеркала и витые крючки с полотенцами и одеждой.

Светлый халат, темный халат, какая-то накидка… Здесь не было ее одежды! Значит, он уже избавился от ее амазонки, как от лишних улик?

Ее одежда… Девушка задохнулась. На ней же не было ее одежды!

Изабелла резко опустила взгляд и, не доверяя лишь ему одному, судорожно обследовала себя руками.

Тонкое полотенце, обернутое дважды вокруг тела от груди до бедер.

Значит, он переодел ее прежде, чем топить? Тогда почему оставил? Думал, что она сама уйдет под воду, будучи без сознания?

Мысли бешено скакали по немилосердно кружившейся голове.

Хотя зачем ему от нее избавляться так просто? После всех неприятностей, которые она ему доставила, он мог бы найти наказание и поизощреннее. Или он специально приводит ее в чувство, чтобы она в полной мере прочувствовала уготованную ей кару?

Девушка немного отдышалась и осторожно отпустила бортик.

Надо побыстрее выбраться отсюда. Хотя бы из этого помещения.

Несмотря на то, что здесь тепло и уютно. А за стеной властвует гроза.

Изабелла на мгновение замерла и еще раз осмотрела помещение.

Она ведь так замерзла на улице, под холодными каплями дождя. Он пронизал ее насквозь, промочил до нитки ее костюм и волосы. Не говоря о том, что ее амазонка превратилась в сплошные лохмотья, а она сама собрала на себя всю грязь, колючки и острые ветки, пока пыталась пробраться сквозь заросли кустов.

И впереди ей еще предстояла совершенно неизвестная дорога к поселению, сопровождаемая яростной непогодой и неизбежным чувством преследования.

Но вместо этого она греется в горячей ванной в неприступном доме.

Девушка подогнула одну ногу и, найдя равновесие, подняла руки к волосам.

Прическа мокрая и холодная, но все еще держится насмерть. Надо вытащить половину арсенала шпилек и хоть немного ослабить нажим, чтобы просушить заледеневшие локоны и дать голове отдохнуть…

Значит, он принес ее в дом, переодел и сделал горячую ванну, чтобы он могла вымыться и согреться.

Это было совсем не похоже на то, что она нарисовала себе в своем воображении несколько минут назад.

Но она ничего не могла с этим сделать…

Один его взгляд менял всю ее жизнь. Холод в его глазах доводил ее до исступления. Это было самое страшное, с чем она когда-нибудь имела дело.