Меч ислама читать онлайн

— А вы?

— Я? Да, наверное.

— Вы не очень-то разговорчивы. И почему вы насмехаетесь над Джанеттино?

— Оттого, что я понимаю теперь, чего стоит любовь ко мне этих ваших сводных кузенов.

— Может быть, стоит похоронить прошлое?

— Для этого нужна слишком глубокая могила, — ответил Просперо.

— Но они сами вырыли ее. Вам остается только поставить надгробие.

— Боюсь, оно тяжеловато, и мне не хватит сил.

— Я помогу вам, Просперо, — пообещала она и вновь заговорила о той благосклонности, которую проявил к нему император.

 — Я была так горда, когда узнала об этом.

Позже, во время танца, к ней вернулись дурные предчувствия — слишком уж безрадостно и механически двигался Просперо. Он был в мрачном настроении, которого не могли рассеять даже новые прилюдные изъявления благосклонности императора.

Дель Васто, который привлекал к себе наибольшее внимание генуэзцев благодаря своей яркой личности, воинской славе и известному влиянию при дворе Карла V, отыскал Просперо, чтобы проводить к своему патрону.

Его величество беседовал с Просперо достаточно долго, чтобы дать пищу для пересудов. Он опять говорил о Прочиде и требовал от Просперо более точных подробностей, чем те, которые были ему уже известны."

"Безгранично властолюбивый, этот монарх, над чьими владениями не заходило солнце, обладал истинно рыцарским духом, совсем не похожим на показное театральное благородство короля Франциска. Отличаясь мужеством, он тонко и безошибочно выделял эту черту в своих сторонниках, дальновидно ставя ее превыше всех других качеств, ибо прекрасно знал, сколь она ему полезна.

Именно мужество Андреа Дориа соблазнило императора во что бы то ни стало заполучить генуэзского моряка к себе на службу Король разглядел мужество и дерзость в действиях Просперо в битве при Прочиде, исход которой немало польстил честолюбию императора. Вот почему он был так расположен к юному генуэзскому капитану.

Император дотошно выспрашивал его о количестве, качествах и оснащении неаполитанских галер и, выяснив, какую мощь успел придать Просперо своей эскадре со времени его назначения, великодушно выразил свое удовлетворение не только тем, что так много было сделано за столь короткое время, но и щедростью неаполитанцев.

При этом Просперо улыбнулся

— Ваше величество, они не очень-то потратились. Семь из двенадцати галер принадлежат мне, они построены, оснащены и вооружены за мой счет.

Его величество вздернул брови. Взгляд стал значительно менее дружелюбным.