Мертвец с улицы Синих Труб читать онлайн

Он чувствовал себя опустошенным – словно чернильная тварь с дюжиной щупалец оплела его, впилась в кожу своими присосками и принялась высасывать из него саму жизнь. Его сковал озноб, руки дрожали. Доктор Грейхилл знал, что Горрин, этот страшный человек, прикидывающийся нелепым простофилей, сейчас глядит ему вслед, вероятно, поглаживая большим пальцем скальпель и вовсю представляя, как разделывает его.

За спиной трагично завывал скорбнянс, и Грегори Горрин забормотал, подпевая ему:

– Они меня зароют в землю, не зная, что я тут.

Они меня заро-о-оют в землю… не зна-а-ая, что я тут…

***

Лиззи Хоппер улыбнулась. Невероятно доброй, замечательной – намного более теплой, чем кошачье брюшко или чугунок каши, улыбкой.

Эту улыбку нельзя было спугнуть, и Лео, стоя у дома Хопперов и глядя на Лиззи за окном, боялся пошевелиться, чтобы все не испортить каким-то глупым движением.

Как он тут оказался?

Был вечер. Лео откуда-то возвращался домой (он не помнил, откуда), специально дождавшись, когда все лягут спать: ему не хотелось разговаривать ни с кем из домашних, которые все никак не успокоятся и продолжают выпытывать у него подробности о случившемся.

И тут вдруг что-то потянуло его в переулок Гнутых Спиц. Он подошел к дому Хопперов, ругая себя за то, что поступает по-дурацки, и вообще его никто сюда не звал, когда вдруг увидел ее в окне.

Лиззи поливала растение в горшке. Мухоловка тянула к ней свою раскрытую зеленую ловушку, девушка уговаривала маленького плотоядного монстра набраться терпения и обещала, что если тот будет себя хорошо вести, то на обед получит целых три мушки.

Мухоловка тем не менее была очень настойчивой и пыталась цапнуть саму Лиззи за палец.

Элизабет Хоппер почувствовала, что на нее глядят, и подняла глаза. Увидела его. Улыбнулась. Той самой, теплющей, улыбкой. Она помахала ему.

Лиззи была рада его видеть. Кажется, она уже позабыла тот кошмар, который они пережили вместе совсем недавно.

Это было очень доброе и нежное создание, и оно просто не могло долго хранить в себе отчаяние и ужас. Видимо, уже на следующий день после возвращения домой Лиззи схватила щетку и как следует счистила с себя весь упомянутый ужас, превратив его в пыль, которую, в свою очередь, собрала в совок, а затем выбросила за порог. «Ужасу в доме не место!»

Лео отмер и помахал ей в ответ. И тут произошло то, чего он и опасался.