Name: Мой ангел злой, моя любовь…
Author: Марина Струк

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Не желал того, прошу покорнейше простить… Что же до вашей хвори, то тут мои рекомендации будут таковы… Вы слушаете ли меня, gnädiges Fräulein? Âам надобно все неукоснительно соблюсти, дабы остаться при вашем чудном голосе и впредь. И не только для пения! Да и потом — вряд ли меня отпустят из Милорадово, покамест вы не выправитесь… Так что я весьма заинтересован в вашем полнейшем выздоровлении!"

"Доктор был категоричен. Постельный режим, даже когда спадет жар, которым нынче горело ее тело. Полоскания, обильное и теплое питье («Не горячее! Теплое, gnädiges Fräulein!»).

Íикаких визитов и, по возможности, никаких контактов с ребенком. И горькое лекарство в каплях, которое он вручил Пантелеевне, пытающейся запомнить все, что говорил господин Мантель Анне.

А тем временем, в усадьбе принялись за подготовку к майским забавам, как рассказала Глаша своей барышне, получив эти вести от своего дружка, одного из лакеев дома.

— Говорят, будет бал через пару седмиц! — возбужденно шептала Глаша, невольно подражая тому шепоту, которым изредка во время своей болезни могла говорить Анна.

— Уже составили списки гостей, а секретарь барина Андрея Павловича да компаньонка мадам его матери приглашения пишут. В доме говорили, что список тот трижды от сына к матери возвращался. Видать, и в том, кого видеть хотят на том бале у господ-то несогласие! А еще говорят…

Но Анна всякий раз делала предупреждающий знак своей горничной, прерывая ее. Слушать чужие толки не хотелось.

Особенно ныне, когда так огорчалась невольно предстоящим гуляниям и собственной невозможности на тех присутствовать. Нет, решительно это было невозможно в ее положении! И страдала, вспоминая прежние гуляния майские: катания в колясках и обеды на травах зеленых лугов, подвижную лапту и тихий звон колокольчика при игре в жмурки, прохладную воду под ладонью, когда катались в лодках по Гжати или на пруду усадебном. А еще ее сердце всякий раз сжималось, когда она думала о многочисленных девицах, в самом разнообразном разноцветье летних нарядов и их прелести, которая по весне так кружила головы мужчинам.

Ее сердце разобьется, когда Андрей выберет себе нареченную. Сомнений в том не было. Анна просто не сможет тогда даже лица сохранить при этом известии, настолько слабой она вдруг чувствовала себя ныне. И дело было не только в хвори, так нежданно свалившейся на нее. Она стала вдруг такой слабой, потому что он был рядом.