Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Глаза Клер Мэйси наполнились слезами, и она часто заморгала длинными накладными ресницами, которые использовались для рекламных съемок. Дрогнувшим голосом она прошептала:

– Господи, ресницы могут отклеиться. Это правда?

– А зачем мне вам лгать?

– Почему вы вообще решили говорить со мной? Какую цель преследуете вы?

– Мы с Робом, братом Кэла, любим друг друга. К вашей истории я не имею ни малейшего отношения, но если он все еще любит вас… – с ресниц Клер стекали слезы, – а вы испытываете к нему те же чувства, должен быть и человек, который сообщит вам о том, что, к прискорбию, вы просто пара идиотов.

– Вы сказали Кэлу, что он идиот? – не поверила Клер. Сквозь слезы она рассмеялась, и Шина рассмеялась вместе с ней:

– Упаси меня боже! И я от души надеюсь, что при встрече вы не расскажете ему об этой моей характеристике.

– Если только она состоится, эта встреча, – мечтательно вздохнула Клер, подперев ладонью подбородок.

– Разве вы не хотите встретиться с ним? – продолжила беседу Шина.

– Боже, конечно хочу!

– Так в чем же дело? Вам есть что терять?

– Нечего! Только, боюсь, новой сцены я не вынесу.

– Может быть, он сказал вам что-то, чего говорить не хотел. – Шина представить себе не могла вышедшего из себя Кэла Хьюарда. Впрочем, влюбленным она его себе тоже не представляла.

– Кэл ничего мне не говорил, – ответила Клер. – Это я наговорила лишнего. – Она произнесла это со своего рода удивлением – казалось, она сама в это не очень верит. Шина слушала и молчала. Все это касалось лишь Клер Мэйси и Кэла, но Клер Мэйси явно желала выговориться.

– Я хотела, чтобы мы поженились, – начала Клер. – И Кэл сделал мне предложение. Но я хотела, чтобы мы поженились до его экспедиции в Гималаи. – Лицо ее потемнело, будто в душе она снова переживала все то, о чем говорила. – Вы ведь не считаете, что я требовала слишком многого? Экспедиция – вещь опасная, но таков уж Кэл – он всегда возвращается для того, чтобы снова уехать. Но на сей раз я сказала, что, пока его не будет, я хочу видеть на своем пальце не просто символ помолвки, а обручальное кольцо.

Кэл ответил отказом. «Жди, пока не вернусь» – так он сказал. – Порывисто вздохнув, Клер продолжила рассказ: – Итак, он уехал, а я осталась одна. Без обручального кольца, но с уязвленным самолюбием. Он сказал, что любит меня, но о свадьбе до его возвращения и речи быть не может. Когда он вернулся, я спросила его, почему мое ожидание он воспринимает как нечто само собой разумеющееся. – Она подняла голову.