Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Внутри пусто, тепловизор отметок не выдает, — зашипел помехами голос кого-то из танкистов.

— Это еще не значит, что там никого нет, — тихо пробурчал Ермаков, — холод от насквозь промерзших развалин может заглушить тепловую сигнатуру…

— Ермаков, вперед! — раздалась команда полковника, и капитан лишь пожал плечами, мол, приказ начальника - закон для подчиненного.

— Заходим, — сказал Синицыну Ермаков и коротко кивнул своим бойцам.

Живое кольцо с ученым в центре вступило на территорию монастыря.

— Поторопитесь, профессор! — затрещал в эфире Потапов. — Уже смеркается, мы сильно опаздываем!

Однако искать мемориальную плиту не пришлось. Ведущая от входа тропа имела несколько ответвлений, но ее основная жила, петляя между развалин и обломков рухнувших монастырских построек, скрывалась в том направлении, где Синицын рассчитывал начать поиски. Закончилась она широкой, тщательно расчищенной лужайкой, точно в центре которой виднелась вмурованная в землю невзрачная плита.

Все пространство вокруг нее было густо вытоптано следами сотен ног. Синицын подошел к плите. Кто-то совсем недавно заботливо убрал с нее снег, и было хорошо видно, что потемневший от времени гранит сохранил ту самую надпись. Архивы не врали.

— Кто-то был здесь совсем недавно, — один из бойцов осматривал следы, — лиги, штук пять, никак не меньше.

— Вот тебе и пустой город, — огрызнулся второй, напряженно всматриваясь в развалины.

Профессор оглянулся на Ермакова и указал рукой на плиту:

— Это здесь.

Прямо под плитой.

Капитан кивнул и отдал приказ. Бойцы, принесшие с собой кирки и лопаты, принялись долбить промерзший грунт вокруг плиты. Кто-то с размаху ударил киркой по плите.

— Пожалуйста, будьте осторожны! — попросил профессор. — Это место является для лигов святыней! Нет нужды разрушать саму плиту!

— Может, прикажете еще расцеловать этих тварей? — огрызнулся боец. — У этого отродья нет ничего святого, кроме наркоты.

— Разговорчики! — подал голос Ермаков, и боец умолк.

Через десять минут стало ясно, что смерзшийся в многометровую толщу грунт можно долбить до утра с тем же успехом. К плите, петляя между развалинами, подошла БМП полковника. Потапов вылез из командирского люка и, бросив короткий взгляд на редкие комья смерзшейся земли, вылетающие из-под кирок, приказал Ермакову:

— Взрывай!

— Но позвольте, господин полковник! — У Синицына расширились глаза.