Name: Изобличитель. Кровь, золото, собака
Author: Александр Александрович Бушков

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

До сумерек осталось не так уж много времени. Мне еще нужно проследить, что прислуга покинула дом, чтобы не получилось никаких недочетов… Пойдем?

Они проделали в обратном направлении путь по извилистому тоннелю из деревьев и кустов. По дороге Ванда заботливо сняла с колышка продырявленный платочек, убрала в ридикюль, покосилась смешливо:

– Не нам одним это убежище известно, нужно подумать и о других…

До ворот сада она шла с ним рядом олицетворением сплошного благонравия – держала под руку в полном соответствии с правилами этикета и пылких взглядов уже не позволяла.

С мимолетной, вполне приличной улыбкой попрощалась с ним и направилась прочь к повороту с аллеи. Ахиллес не смотрел ей вслед, чтобы не выдать себя взглядом перед кем-нибудь из знакомых – они попадались. Но все равно казалось, что каждый встречный обо всем догадывается по его лицу, и он придал себе самое нейтральное выражение, какое только мог. Душа была на седьмом небе, и с этим ничего нельзя было поделать…

Глянув на часы, он пошел к Троицкой, где можно было встретить извозчика, следовало поторопиться – впереди еще было много приготовлений…

…В сумерках он неторопливо подходил к дому Лесневских – увидел издали на подоконнике второго этажа горящую лампу под сиреневым колпаком.

Зашагал к калитке возле ворот – в отглаженном Артамошкой летнем белом кителе и шароварах, в начищенных сапогах, придерживая у левого бедра «дедовское оружие». Остановился у калитки, прислушался. Стояла покойная вечерняя тишина, прохожих на улице не было, только поблизости, по перекрестку, справа налево промчался извозчик-лихач[56] с несколькими седоками, залихватски выводившими:

– И за бо-орт ее бросает в набежавшую волну!

Судя по всему, загулявшая компания катила прямиком в ресторан на пристани, показалось, что он различил бас поручика Тимошина и приятный тенор Бергера.

Улыбнувшись чему-то, осторожно отворил калитку, ничуть не скрипнувшую.

Так же бесшумно притворил ее за собой, огляделся и прислушался. Единственное окошечко дворницкой, обращенное к забору, не горело – ну конечно, дворник в полной мере воспользовался щедростью Ванды, так что дорога была открыта.

Ахиллес обогнул дом справа, открыл дверь черного хода и осторожно стал подниматься по узкой крутой лестнице, подсвечивая себе трофейным японским фонариком – выиграл в карты у поручика Бергера, которому брат привез несколько из Маньчжурии (и Ахиллес, и сам Бергер ему не на шутку завидовали – успел побывать на войне, вернулся со Станиславом и Анной).