Name: Изобличитель. Кровь, золото, собака
Author: Александр Александрович Бушков

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

"Вышел, заглянул в крохотную комнатушку денщика, и когда тот вскочил с табурета, взял его за ремень, притянул к себе и сказал грозным шепотом:

– Меня нет ни для кого, понял? Костьми ложись, что хочешь делай, но никого не пускай, будь хоть сам губернатор… Понял?

– Чего ж не понять? Мы с понятием и не бесчувственные. Будет исполнено, ваше благородие.

Когда он вернулся, Ванда прохаживалась по комнате, с любопытством разглядывая все, что попадалось на глаза.

– Значит, вот так ты и живешь… И пьешь в одиночку.

– Ну, если не с кем…

– Можешь со мной. Я бы с удовольствием выпила рюмочку, одну-единственную. Это что у тебя за вино?

– Это коньяк, – сказал Ахиллес. – Вот его я тебе не налью, приличные барышни и приличные дамы коньяк не пьют. Но у меня в кухне щедротами хозяина есть бутылка отличной малаги, я сейчас принесу… Да, а это тебе зачем? – Он кивнул на шляпную картонку.

– А это я тебе поесть принесла. Ядвига к обеду испекла великолепный пирог с белыми грибами, я тебе отрезала здоровенный кусок.

Там еще холодный цыпленок, ветчина, печенье и шоколад… Понимаешь, я сначала ужасно рассердилась, когда ты не пришел на свидание и потом никак не давал о себе знать. Никак не могла понять, в чем причина: службы ведь у тебя сейчас нет. Потом в голову полезли разные глупости: что ты попал под лошадь, что тебя зарезали галахи… Но когда по городу распространился экстренный выпуск «Следопыта», я сразу догадалась, что у тебя неприятности из-за расследования, как в прошлый раз.

А потом, когда мы с Катенькой шли из гимназии, рядом вдруг остановился извозчик, из пролетки с превеликим трудом выбрался поручик Тимошин – нога в гипсовой повязке, опирается на палочку, морщится от боли, но идет. Он попросил меня отойти в сторонку и тихонько сообщил, что тебя посадили под домашний арест. (Молодчина, Жорж, подумал Ахиллес, проявил себя настоящим другом, с вывихнутой ногой пустился Ванде грустную новость сообщить…) Вот и решила…

Ахиллес искренне рассмеялся:

– Ты что, подумала, что посаженных под арест офицеров морят голодом?

Ванда чуточку смутилась:

– Ну я же совершенно не разбираюсь в ваших дурацких армейских порядках.

А они у вас и в самом деле дурацкие. Ты разоблачил шайку аферистов и убийц, а тебя благодарят посадкой под арест… Кто вас знает, может, у вас арестованным полагается только хлеб и вода, как в каком-то романе…

– Ну, до такого, слава Богу, еще не дошло, – сказал Ахиллес.