Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Александра села — слезы мешали ей видеть.

— Уезжай сейчас же! — Она вытирала их кулаком и торопливо бормотала: — Я не хочу… Я не стану ничего объяснять… Я не желаю никакой… помощи, пропади ты пропадом. Машина просто проезжала мимо.

— И та пуля просто пролетала мимо твоего рюкзака, — закончил Филипп. — Все ясно. И те бандиты с ножами просто проходили мимо твоей подруги.

Про нападение на нее саму он не стал говорить. Какой смысл? Она все равно ему не поверит.

Утром он позвонил, чтобы выяснить про вчерашнюю машину. Никто ничего не знал.

Значит, машина эта, понял Филипп, вписывается в общую картину с простреленным рюкзаком и изрезанным пальто. А следовательно, с нападением на лестнице это никак не связано.

— Ты знаешь про рюкзак? — удивилась Александра. — Откуда?

— У меня есть глаза, — объявил Филипп. — Неужели ты думаешь, что я не отличу пулевое отверстие от простой дырки?

— Да какое тебе дело до этого? — заорала она и, охнув, схватилась за голову, в которую сразу же толкнулась боль.

— Есть мне до этого дело! — тоже заорал он, яростно сверкая черными угольными глазами.

— И самое прямое, потому что я твой муж и люблю тебя!

Александра зажмурилась. Но небеса не разверзлись, и ангелы не затрубили в свои трубы. Он просто сказал, вернее проорал, что любит ее.

Она и не думала, что это прозвучит так обыденно. И оглушающе."

"— Ну что это за чудовищное самомнение?! — снова закричал он, должно быть, собравшись с силами. — Почему ты на все бросаешься в одиночку или в компании твоих полоумных девиц?! Почему я ни разу не услышал от тебя никакого внятного объяснения, что происходит в моем доме, черт тебя возьми! — Он так и сказал, точнее — прокричал: «В моем доме».

Вскочив с дивана, Филипп швырнул сигареты, пнул стул. Стул свалился с оглушительным грохотом. Истеричные соседки как будто ждали этого и неистово застучали по батарее. Филипп подскочил к Александре и поднял ее за отвороты пижамы. Она была выше его, а потому прямо перед собой увидела его взмокший лоб.

Он был в такой ярости, что она перепугалась не на шутку.

— Филипп! — дрожащим голосом окликнула она мужа.

— Что?! Что — Филипп?! — продолжал он бушевать в двух сантиметрах от ее лица. — Ты готовишь себя в резиденты русской разведки?! Зачем ты полезла туда, где ничего не понимаешь? Почему не посоветовалась с кем-нибудь, кто в этом разбирается? Мало тебя пугали? Еще охота? Или рассчитываешь на посмертную награду? — Это было смешно, и Александра осторожно хихикнула. Голова странным образом прошла.