Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Он имеет в виду местных сторонников викка — религии наших предков, а не старух, летающих на метле и способных творить злые чары. — Она нахмурилась, глядя на дедушку Лоуэлла с преувеличенным упреком.

Улыбаясь Скайлар, Алистер продолжил рассказ:

— До появления христианства эту землю делило множество народов — кельты, пикты и скотты из Ирландии, которые и дали название нашей земле. Здесь властвовали друиды, северные завоеватели привезли своих богов, и задолго до христианства многие люди исповедовали викка.

— В этой религии почитается земля, — подхватила Шона, — вместе с матерью-природой, лекарственными травами, камнями, дающими силу, красотой и миром земли, небес и воды.

— Последнюю из ведьм мы сожгли около ста лет назад, — заметил Лоуэлл.

Шона поняла, что дедушка просто насмехается над ней, поддразнивает — потому что она всегда отстаивала право людей жить так, как они предпочитают. Лоуэлл был стойким приверженцем шотландской церкви, только и всего.

Шона считала, что ему могла прийтись по вкусу мысль вновь устроить охоту на ведьм.

Ястреб Даглас обнял жену за талию.

— Во многом викка напоминает обряды и верования сиу, — заметил он.

— Если викка — такая безобидная религия, откуда же страх перед колдовством? — спросила Сабрина, принимая бокал вина из рук Гоуэйна.

— Сторонники этой религии — сатанисты! — сообщил Лоуэлл, мрачно понизив голос.

— Отец, — терпеливо вмешался Айдан, улыбаясь гостям, — дело в том, что сатанисты и приверженцы викка — не одно и то же.

— Всему виной паписты, — сухо высказался Гоуэйн.

— Гоуэйн, нельзя винить католическую церковь… — раздраженно начал Лоуэлл, но Аларих достойно встал на защиту отца.

— Дядя, отец не хотел нападать на святую римскую церковь, — заверил он Лоуэлла.

Уравновешенный и рассудительный, Аларих старался не допустить шумного спора в присутствии гостей.

В то время как Алистер был не прочь поспорить и даже отстоять свои взгляды кулаками, Аларих помнил законы викторианской эпохи: достоинство и правила приличия — превыше всего.

Но сам Гоуэйн был настроен весьма миролюбиво, хотя не пожелал отказаться от своей точки зрения.

— Я питаю глубокое уважение к римской католической церкви, брат, но историю не изменить! Одно время знавал я двух папистов-негодяев — даже в церкви Божией могут оказаться извращенные люди, а в погоне за праведностью в прошедшие столетия тех людей, которые были чисты душой, иногда сбивали с толку.